– Чем больше пунктов в плане, тем спокойнее ты становишься, – криво усмехнулся Истран.
– Потому что каждый пункт – это возможность, – вскинула на него полные решимости глаза.
– Хорошо, – лорд поднялся на ноги. – Я изучу это, – он махнул в воздухе листом с моими записями. – Завтра обсудим более подробно. Как твои руки, кстати?
А я только сейчас вспомнила, что у меня вообще что-то должно болеть.
– Надо еще раз обработать и перевязать. Снимай пока старые бинты, раствор я сейчас принесу, – лорд отошел к настенной аптечке.
Я расправилась с бинтами, посмотрела на царапины.
– Хорошо заживает, – отметил демон, подходя.
Мы молчали, пока лорд наносил новый слой заживляющего раны состава и заново бинтовал руки. Закончив накладывать повязку, лорд вдруг наклонился и внимательно посмотрел мне в глаза.
– Ты еще очень молода, и я должен предупредить тебя, чтобы ты помнила об еще одном возможном варианте.
– Каком? – нахмурилась. Тон демона мне не понравился.
– О том, что, что бы ты ни придумала и ни сделала, это может не сработать.
– Нельзя так думать, всегда… – вскинулась.
– Всегда остается вероятность того, что ничего не сработает, что бы ты ни делала. Это надо помнить и уметь останавливаться. Продолжать жить не только этой мыслью. Поверь, это необходимо. Я чуть было не убил Остаса, не хочу что-то подобное сотворить и с тобой.
Я непонимающе смотрела на демона.
– После прыжка Молли я был одержим идеей найти лекарство, отдавал на это всего себя. Это было мое решение. Но я не имел права требовать того же от брата. А я требовал. Он сутками искал со мной хоть что-то, что могло помочь, мотался по черным рынкам нашей и Светлой империи. А ведь он тогда еще не освоился полностью со своей силой, да к тому же отрастил крылья. Они больше никогда не проявлялись, но на ауре это сказалось очень сильно. И я практически убивал его своими все возрастающими требованиями. Я ненавидел его за то, что у меня ничего не получалось. А он молча старался мне помочь, хотя сам практически замертво падал, возвращаясь после каждой поездки. Я смог очнуться только тогда, когда при очередном просветлении у Молли случайно сболтнул ей о крыльях. Она прорыдала весь сознательный период, когда поняла, что из-за нее произошло с Остасом. Как она кричала, – Истран прикрыл глаза. – Даже будучи не в себе она никогда не выливала на меня столько боли. И я понял, что не могу ради нее губить других. Молли никогда мне этого не простит. Я верю, что ты сделаешь все, что сможешь. Мы постараемся водворить в жизнь все твои идеи. Но ты должна помнить, что это – не то, ради чего ты должна угробить себя. Поняла меня?
Я кивнула. Не совсем могла осознать все сказанное Истраном, но чувства Молли представить получилось. Другой вопрос, лорд не знал, что моя работа для меня все. И отдавать на нее всю себя – это мой образ жизни. Так что с таким предупреждением он был несколько не по адресу.
Когда мы наконец вышли из лаборатории, на улице уже была глухая ночь.
– Завтра я принесу еще пару листов с вариантами, сегодня все утро писала, – проговорила со вздохом.
– Хорошо. Но учти, сегодня тебе надо поспать, – наставительно проговорил лорд.
– Я постараюсь.
Распрощались у лестниц, каждый пошел на свой этаж. Под своей дверью я нашла записку от Лео. Демон беспокоился о моем состоянии. Вздохнув, я написала ответную записку со словами благодарности и заверениями, что у меня все хорошо, прошла до этажа молодого лорда, просунула листок в двери. Вернулась к себе, сложила в стопку разбросанные по спальне исписанные бумаги. Это все еще надо будет упорядочивать, но заняться таким делом лучше всего утром.
Я долго стояла под душем, надеясь, что вода смоет усталость прошедшего дня. За сегодня узнала о лордах больше, чем за все время пребывания в эйте. И всю эту информацию еще стоило переварить и уложить в голове. Поняв, что вода не спасет, вышла из ванной, плашмя упала на кровать. Надо было спать, как говорил Истран, только сон не шел. Да и вдруг проснувшийся голод напомнил о том, что я не ужинала. Пришлось подняться, пройти в гостиную. То, что я увидела на столе, чуть не заставило меня расплакаться. Во всех этих волнениях как-то не заметила раньше тарелки, накрытой салфеткой на столе. Добрая Нарисса все-таки припасла мне что-то с ужина. С удовольствием умяв большой бутерброд с бужениной, вернулась в спальню и наконец-то смогла заснуть.