Не знаю, чего хотела добиться Молли перечислением таких, казалось бы, неблагоприятных факторов. В итоге добилась лишь того, что мне стало только спокойнее. Потому что я тоже не собиралась отказываться от себя и своей работы. И напряженный график Остаса меня не пугал.
То ли лицо у меня такое читаемое, то ли Молли просто хорошо разбирается в людях, но мне не пришлось ничего отвечать, женщина все поняла сама и кивнула мне с мягкой улыбкой.
– Ты ему подходишь. И он подходит тебе, судя по всему. А Ост ведь тоже далеко не подарок.
Я хмыкнула в ответ.
– Чего ты сейчас хочешь? – спросила вдруг Молли.
Я задумалась, прикрыла глаза, пытаясь понять.
– Соскучилась по нему за день, – неожиданно даже для себя, но ответила совершенно честно.
Молли весело прыснула в кулачок. Хорошее настроение стремительно возвращалось к ней.
– Тогда иди, чего тут расселась? – она подскочила с кровати, скинула мужнину рубашку. – А я пойду заберу своего благоверного, пока он у тебя весь бар не опустошил, – подмигнула мне и исчезла в гардеробной.
Я с улыбкой проводила ее взглядом, пожала плечами и направилась на этаж верховного лорда. Не особенно приятное для меня место, так что я постаралась как можно быстрее проскочить коридор, заглянула в гостиную, но никого не нашла. Однако усиливающаяся головная боль была хорошим ориентиром, так что еще через пару комнат обнаружила Остаса в его кабинете.
Верховный лорд сидел за внушительным столом из темного камня. Волосы по причине конца рабочего дня были распущены, пиджак мундира покоился на спинке каменного стула, черная рубашка была расстегнута.
– И как ты сидишь на камне? – удивилась я, подходя вплотную и убеждаясь, что никакой мягкой сидушки на стуле не существовало.
Остас предусмотрительно взял меня за руку, грея холодные пальцы. Пожал плечами:
– Я привычный.
Осмотрела стол верховного лорда, заваленный какими-то папками.
– Это все тебе нужно прочитать? – мне его даже жалко стало.
– И оценить, – кивнул демон, вопросительно смотря на меня.
А мне вдруг захотелось сделать что-нибудь немного бредовое, поэтому я потянула мужчину за рукав.
– Пошли ко мне. У меня на диване со всем этим посидишь.
Округляющиеся в удивлении синие глаза – непередаваемое зрелище!
– Пойдем, – погладила демона по волосам, касаясь гребней.
Остас сглотнул, глаза слегка потемнели, становясь цвета грозового неба. Но вот он заставил себя моргнуть, слегка мотнул головой, перевел взгляд на стол. Выбрал несколько папок, взял их подмышку и встал.
Я с радостью потащила его за собой за руку. Наверное, со стороны это смотрелось довольно безумно: миниатюрная я, тянувшая на буксире высокого верховного лорда, да еще и не закованного в привычный мундир. Но мне было все равно. На ходу, увидев Нариссу, попросила принести нам чего-нибудь пожевать. Что-то я сомневаюсь, что Остас ужинал. И оказалась права, сидя на диванчике у камина и бегая глазами по документам, демон с удовольствием поглощал все, что я ему подавала. Кажется, он даже не чувствовал вкуса, просто закидывал пищу внутрь.
– Ты вообще ел сегодня? – спросила я с тревогой смотря на все это.
– Завтрак и обед – вещи обязательные, – серьезно ответил Остас, не отрывая взгляда от документов.
– А ужин? – уточнила.
– Ужин – как придется. Редко удается выделить время вечером, там работы обычно полно, да и на тренировку по фехтованию надо час-полтора выделять. Приходится все оставшееся свободное время отдавать сну, тут уж не до еды.
Я только качала головой, во все глаза смотря на демона. Он двужильный, что ли? Обошла диван, пристроилась за спинкой, запустила руки демону в волосы. Остас вдруг откинул голову, заурчал от удовольствия. Я же с улыбкой прошлась пальцами по гребням и коже вокруг них массирующими движениями, что внезапно вызвало резкий выдох у демона, переходящий в протяжный стон. От такого у меня по телу пролетела горячая волна, омывая с макушки до ног и свиваясь спиралью где-то ниже живота. Не сдержавшись, наклонилась и сама накрыла его губы своими. Сильные руки обхватили мои плечи, холодные губы тут же перехватили главенство, впиваясь в мои. Только когда закончился воздух в легких, демон выпустил меня из объятий. Мы оба тяжело дышали, глаза Остаса стали почти черными.