Для черкесов взяли только полевые кухни, ну они сами несколько шатров трофейных и несколько отбитых у персов палаток прихватили, но этого от силы на тысячу человек хватило. Основная масса понаделала себе шалашей. Янычары тоже всего с двумя шатрами вышли в поход, и у этих полевых кухонь точно не было. Подходили мужики в красных платьях, смотрели на диковинные кухни, что кочегарили у Ермолова в расположении батарей, и головами качали. Плохо это. Расскажут потом всяким своим генералам-пашам, и те прикажут обеспечить войско такими же кухнями. Или нет? Котлы чугунные, ладно, не самый главный дефицит, а вот толстая жесть… Никаких прокатных станов нет. Жесть у Брехта делали кузнецы с помощью машинных молотов, непросто будет османам повторить, даже если захотят. Железо дорогое удовольствие, и Брехту эти сто полевых кухонь обошлись в астрономическую сумму.
Казаки? С казаками всё плохо. Котлы есть и пять шатров. Всё. Остальные, как и черкесы, себе шалашей понаделали.
Народ кашлял, чихал и сопливил, а дождь всё не заканчивался.
Пётр Христианович в это время вёл переговоры с лидерами сербов. Те обрадовались, что это Россия прислала им войска на помощь, и теперь они смогут двинуться на юг к морю, исконно сербские земли освобождая. И до Черногории дойти можно. В принципе, если бы у князя Витгенштейна не было чёткого плана на этот поход, то можно было бы и согласиться. Перебить эти две сотни янычар и всей массой долбануть по туркам. Те бы до Стамбула откатились.
Но нет. Турция на очереди второй стоит, есть Наполеон и есть Вена с Мюнхеном, которые нужно ограбить. Даву первый на очереди. Брехт, самое смешное, что не мог сербам планов своих раскрыть. Точно найдётся какой ушлый товарищ, который, загоняя коней, бросится в Вену. Всё же большинство сербских офицеров служило в императорской армии. Потому Брехт им усечённую версию выдал. Иду, мол, помочь русским войскам, Кутузову, который бьётся с врагом рода человеческого, посланцем самого сатаны – узурпатором Буонопартием. Наполеоном. Торт такой.
Огорчились сербы. Карагеоргиевич чего-то по-матерному прорычал. А оказывается, сербский мат можно понять. Доннер ветер, например, или шайзе. Свинячьи собаки ещё. Или это не совсем русский? Точно. Это совсем не русский. Это хохдойче.
Сиднем войско не сидело. Во-первых, оно медленно, никуда не спеша, двигалось от Видина к Белграду. Ещё во время этого неспешного движения Брехт пытался из черкесов и казаков хоть какое-то войско организовать. Разбил их на эскадроны по сто восемьдесят человек. У черкесов Марата Карамурзина получилось двадцать четыре эскадрона. А у казаков вообще двадцать восемь. Всего же войско насчитывало уже четырнадцать, без малого, тысяч человек.
Хорошо хоть, накричавшись, сербы всё же вспомнили, кто перед ним, и решили помочь быстрее эту орду со своей территории спровадить. Потому Брехту удалось закупить у крестьян продовольствия преизрядно, фураж для лошадей и тёплую одежду для казаков. Эти выехали в летней одежде, а так как воевать придётся зимой, то пришлось Петру Христиановичу растрясти казну. Серебро утекало рекой полноводной. А как Даву с двадцатитысячным корпусом добывал продовольствие, продвигаясь по неметчине? Просто реквизировал овёс и продукты для корпуса? Ничего, время движется, вскоре встретятся и узнают.
Разбив лёгкую конницу на эскадроны, Брехт даже попытался учение одно провести. Поворот мчащегося во весь опор войска все вдруг назад. Опять песец с серебристым хвостом. Такую сутолоку устроили и столько ног лошадям поломали, а себе рук, что экспериментатор решил больше никакой на хрен учёбой не заниматься. Чёрт с ними со всеми. Пусть их жизнь учит. Просто надо иметь в виду, что единственное, на что казаки и черкесы способны, так это добивать бегущие войска, а ещё грабить безоружных. Да и ладно. Именно для этого и брал же черкесов. Ну, теперь грабителей просто стало в два с лишним раза больше. Добыча будет наваристей.
К Белграду подошли, и как по мановению взмаха волшебной палочки погода опять круто изменилась. Бабье лето настало. Солнце вылезло из-за туч и стало сушить дорогу и одежду воинства Христова, что шло… Ну, шло в общем.
На календаре было двадцать восьмое октября. Получается, если предположить, что сражение под Аустерлицем должно произойти в самом начале декабря, то у них ещё целый месяц есть, чтобы из Белграда через Будапешт добраться до Братиславы, а потом до Брно. Точно, где этот Аустерлиц, Пётр Христианович не знал, но рядом точно чешский город Брно. Нужно ещё и приличную карту по дороге у австрийцев или французов отбить. Те карты, что удалось добыть у сербов, так далеко на севере ничего не показывали, Братислава была сейчас Пресбургом, вот на нём карта самая лучшая и заканчивалась. Зато та часть, где есть Будапешт, вполне прилично выглядела. Получалось до будущей столицы Венгрии около четырёхсот километров, если не удаляться от Дуная и следовать его изгибам, и потом ещё сотни две до Пресбурга – Братиславы. Шесть сотен километров. От Дуная отдаляться нельзя. Флот везёт припасы воинские и продовольствие. А значит, пора выдвигаться. Шестьсот километров это не меньше двух с половиной недель с таким довеском в виде казаков.