– А что за форма на тех войсках? – вернулся от бумажки к реальности Брехт.
– Разная, пехота в синей.
– Князь Вадбольский, – нашёл Брехт командира мариупольцев, – возьми свой полуэскадрон и скатайся туда. Близко не подъезжайте. Метрах в трёхстах покрутитесь. Посмотрите, что они делать собираются.
Мариупольцы умчались, а Брехт продолжал репу чесать. Десять тысяч. Это же войско целое. Не могло быть такого резерва у узурпатора. И почему он, этот резерв, стоит и ворон с галками, кружащимися над полем Аустерлица, считает, а не идёт на помощь Бернадотту. И где, кстати, сам маршал?
– Все зарядите ружья и пистоли. Там ещё кто-то уцелел, – дал команду Пётр Христианович окружившим его командирам.
Убежали выполнять приказ. Зарядили и стали строиться в цепи для атаки, хоть пару километров и приличное расстояние, и тут вернулись гусары мариупольские.
– Это армия курфюршества Бавария. Они сдаются.
– Иди, князь, командуй со своими сдачей этой. Мне пока нужно с Удино разобраться. А то эта битва никогда не кончится.
В это время черкесы и вернулись. Заодно доложили, что когда они закопали в лесочке в овраге трупы французских генералов, то на них выскочили отступающие пехотинцы французов. Пришлось и этих вырезать. Больше тысячи полегло.
– Ну, это, без сомнения, дивизия Удино. Вот теперь точно все французы тут кончились.
Брехт взглянул на часы своего завода. Было почти шесть вечера. Через полчаса стемнеет, декабрь же, хоть и юг, но темнеет рано. Не удастся сегодня в лагерь вернуться. Казаков нет. Тут придётся ночевать. Интересно, а что теперь делают Кутузов с Багратионом? Они в Реале начали сразу отступать в Россию. А что Александр делает, сидит один, плачет под дубом? Вот прикольно будет. Вернутся они домой побитые и расстроенные, а их с цветами, а… зима же, а их с хлебом-солью, как победителей встречают. Вот удивятся-то.
– Вашество!
Брехт закемарил у костра небольшого, и тут его толкают. Они отступили к деревушке Працен, и хоть она и была вся артиллерией разбита, но остатков домов на костры для его армии хватило. Декабрь на улице, что-то около нуля градусов. А ночью и того холоднее.
– Что опять? – Вторые ведь сутки без сна.
– Там генералы русские вышли на дозоры, главного требуют.
– Генералы? – Пётр Христианович уши помассировал, просыпаясь.
– Ну, веди.
Мариуполец умчался, и через десять минут, Брехт успел к фляге с холоднющим красным вином приложиться пару раз, на освещённое костром пространство выехало четверо всадников.
– Мне сказали, что вы хан Нахичеванский? А что тут делают мариупольские гусары? Я узнал князя Ивана Михайловича Вадбольского, – старенький генерал слез, кряхтя, с коня и предстал в блеске орденов перед Брехтом, оглядел его, наморщил лоб. – Пётр Христианович?
– Так точно, ваше высокопревосходительство. – Брехт с Фёдор Фёдоровичем Буксгевденом встречался в Польше, вместе воевали. Да и потом при дворе иногда виделись.
– Так не было же тебя!? И что это за машкерад?! – перешёл на немецкий выходец из рода остзейских дворян Буксгевденов – основателей Риги.
– Да я тут предателю Максимилиану Баварскому войну объявил. – А чего ещё скажешь?
– Войну?! – Ну, сейчас про политику опять начнётся.
– Я – хан Нахичеванский.
– Хан? – ночью генералы с трудом соображают.
– Присаживайтесь, господа, к костру, холодно. Расскажу за бутылочкой красного винишка.
Через десять минут Дохтуров, Ланжерон, Пржибышевский и Буксгевден сидели у костра с флягами вина и слушали сказку, что им Брехт втюхивал.
– У вас тут пятнадцатитысячный отряд? – сделал правильный вывод Фёдор Фёдорович?
– Был. Теперь около тринадцати. Казаков много погибло. Дисциплины нет, лезут всегда напролом.
– И что вы собираетесь делать, преследовать Наполеона? – Дохтуров промокнул на роскошных усах капельки вина.
– По моим сведениям, узурпатор вместе со своим штабом мёртв и французов живых здесь больше нет. Есть пятьдесят с лишним тысяч мёртвых.
– Так надо идти на Париж! – воскликнул генерал от инфантерии Буксгевден.
– Фёдор Фёдорович, вы серьёзно? Я лично хочу идти Вену освобождать, а вам советую утром идти на восток. Там по всей Чехии сейчас разбросаны сбежавшие и прибывающие русские войска. Их нужно объединить и вывести из Австрии. Зима, голод, солдаты умирать от голода и простуд начнут. Всё, побили Буонопартия. Там, кстати, где-то и император наш потерялся. Как бы с ним чего не случилось.