Вспомнив теперь тот давний эпизод, Дзюмондзи рассмеялся и захлопал в ладоши. Встревоженные странным поведением чужака, дети остановились, но он не обратил на них никакого внимания. Никогда не испытывая даже намека на влечение к женщинам старшего возраста, Дзюмондзи всегда доверял им в том, что касалось бизнеса. Доверял больше, чем мужчинам. Возможно, это было следствием того впечатления, которое произвела на него в ту давнюю пору Масако Катори. Он достал из кейса сотовый телефон и записную книжку, нашел нужный номер и позвонил.
— Головной офис Тоэсуми.
Трубку сняли после первого же гудка.
— Это Акира Дзюмондзи. Я могу поговорить с господином Сога?
Молодой человек на другом конце провода попросил подождать, и в трубке зазвучала романтическая музыка — не совсем то, что ожидает услышать человек, звонящий в офис якудзы.
— Акира, ты? Мне сказали, что звонит какой-то Дзюмондзи. Черт возьми, приятель, почему бы тебе не называть себя Ямадой?
Говоривший усмехнулся.
— Я ведь дал тебе свою карточку, — напомнил Дзюмондзи. — Или уже потерял?
— Одно дело — видеть, что написано, и совсем другое — знать, как это произносится.
Время от времени Сога выдавал-таки нечто умное, хотя, глядя на него, в это трудно было поверить.
— Хочу посоветоваться с тобой по одному делу, — продолжал Дзюмондзи. — Не могли бы мы с тобой как-нибудь встретиться в ближайшее время?
— Что, так срочно? А как насчет прямо сейчас? Посидим, выпьем. Уэно тебя устроит?
Дзюмондзи взглянул на часы и согласился. Он понимал, что совершает рискованный шаг и, возможно, еще пожалеет о том, что связался с таким человеком, как Сога, но за информацию было уплачено четыреста сорок тысяч йен, и с ней надо было что-то делать.
Встретиться договорились в районе Уэно, в тихом, неприметном баре, открывшемся несколько лет назад и использовавшемся для спокойных деловых бесед. Подъехав к приземистому, увитому плющом зданию, Дзюмондзи заметил у входа двух молодых людей, которых уже видел раньше, на автостоянке в Мусаси-Мураяма. Один из парней, светловолосый, плотный, с туповатым выражением лица, поприветствовал его кивком. Телохранители — как же без них. Сога всегда, даже в те времена, когда они были в банде мотоциклистов, любил изображать из себя крутого мафиози. Вместе с тем недооценивать его, принимать за надувающего щеки слабака было бы большой ошибкой. Дзюмондзи глубоко вздохнул, готовя себя к предстоящему нелегкому разговору.
Завидев его, Сога, занявший место за темным столиком в задней части бара, помахал рукой с зажатой в пальцах сигаретой. Стены зала были обшиты деревянными, пахнущими воском панелями. За стойкой стоял пожилой мужчина с бабочкой на шее, невозмутимым выражением на лице и шейкером в руках. Сога сидел на мягком, обтянутом зеленым бархатом стуле, широко расставив ноги. Больше за столом никого не было.
— Приятно было с тобой встретиться, — сказал Дзюмондзи. — Извини, что беспокою так рано. У меня есть предложение.
— Без проблем, — лениво отозвался Сога. — Все равно я уже собирался позвонить, пригласить тебя выпить, поболтать, вспомнить былые денечки. Что будешь?
— Пиво.
— Пиво? Послушай, заведение славится своими коктейлями. Бармен только и ждет, пока ты закажешь что-нибудь. Сделай парню одолжение.
— Ладно, пусть будет джин с тоником. — Дзюмондзи назвал первое, что пришло на ум, и, посмотрев на старого приятеля, добавил: — А ты круто выглядишь.
На Сога был бледно-зеленый летний костюм и черная рубашка с открытым воротом.
— Ты имеешь в виду это? — Сога довольно рассмеялся и, отвернув полу пиджака, показал на этикетку. — Итальянский. У нас про этот бренд никто еще и не слышал. Все говорят, что босс должен носить «Гермес» или что-то в этом роде, но лишь тот, у кого есть стиль, способен найти такое.
— Смотрится отлично.
— У тебя рубашка тоже не из дешевых, — явно обрадовавшись комплименту, заметил Сога. — Гавайская, да? Классная вещица. Откуда?