— Мама, ты не обязана готовить для меня. Я уже поел в «Тако Белл». — Он ждал взрыва. Ничто не выводило ее из себя быстрее, чем попытка одного из ее мальчиков съесть мексиканскую еду в фаст-фуде.
— Нет, — сказала она, поворачиваясь, чтобы пронзить его взглядом. Его едва скрываемая усмешка не обманула ее. Она сжала губы в тонкую линию, сняла сковородку с плиты и сунула ее обратно в духовку, где хранила. — Я бы хотела, чтобы ты сказал мне, что ты сыт, прежде чем я смешала тесто. Она подняла свою миску и направилась к мусорному ведру.
— Я просто пошутил, — поспешно сказал он. — Мне снятся твои лепешки, мама. Пожалуйста, не выбрасывай их.
— О чем еще ты мечтаешь, михо? — спросила она. Она принялась за работу, разделяя тесто и скатывая его в маленькие шарики. — Я беспокоюсь с тех пор, как ты ушел из полиции. Ты так усердно трудился, чтобы закончить школу. Так тяжело. Это заставило твою маму гордиться тобой.
Значит, теперь она не гордилась? Ой.
— Я же сказал тебе, что работаю охранником в рок-группе. Помнишь?
— Это тебя удовлетворяет?
Не совсем. Однако это держало его рядом с Рейган и Треем, так что для бывшего полицейского это была неплохая работа.
— Я подумывал о том, чтобы попытаться наладить отношения с полицией Лос-Анджелеса, но насколько вероятно, что они наймут меня с моим послужным списком? — Его заклеймили как полицейского-мстителя. Он не был уверен, что когда-нибудь избавится от этого ярлыка.
— Может быть, они дадут тебе шанс проявить себя, — сказала мама. — Ты больше не так зол и лучше контролируешь свой характер.
Он изменился по сравнению с тем молодым панком со значком. Увольнение стало для него сигналом к пробуждению. По общему признанию, он был пьян от власти, настолько сосредоточен на исправлении ошибок, что проигнорировал некоторые законы, которые должен был соблюдать. В частности, закон, запрещающий выбивать дерьмо из придурков только потому, что они это заслужили.
— Кроме того, — продолжила мама, давая отдохнуть большинству шариков из теста для лепешек, раскатывая один с помощью деревянной скалки и бросая его в свою сковороду, чтобы Итану не пришлось ждать. — Они использовали тебя в качестве примера, Итан, потому что многие думают, что полиция — наш враг. Кто-то должен был быть козлом-беглецом.
— Козел отпущения, — автоматически поправил он.
Она грустно улыбнулась ему через плечо.
— Как бы то ни было, я бы хотела, чтобы это был не ты.
— Я заслужил, чтобы меня уволили, — сказал Итан. — Я вышел из-под контроля.
— Ты также заслуживаешь второго шанса. — Она положила первую лепешку на полотенце и поставила перед ним вместе с кусочком масла.
У него был второй шанс. Это был третий шанс, которого ему не дали.
Он намазал один конец горячей лепешки маслом, свернул ее и откусил. Его веки затрепетали от блаженства. Свежеприготовленные теплые лепешки с растопленным сливочным маслом... Было ли что-нибудь вкуснее во всем мире? Возможно, поцелуи Трея со вкусом вишни могли бы дать им шанс, но мало что другое помогло.
— Ты хочешь второго шанса? — спросила мама, садясь рядом с ним и беря его за свободную руку. — Или есть что-то еще, о чем ты мечтаешь? — Она приподняла темные брови и с надеждой улыбнулась. — Дети?
Итан рассмеялся.
— Это то, о чем ты мечтаешь.
— У меня есть сыновья, но нет внуков!
— Почему бы тебе не приставать с внуками к Карлосу или Мигелю? — Итан взглянул на свою пустую тарелку и задался вопросом, куда уже исчезла его тортилья. Не мог же он так быстро покончить с ней.
— Ты мой старший, михо, — сказала она. — И у тебя прекрасная девушка. Женись на Рейган и сделай свою маму счастливой. — Она протянула руку и погладила его по щеке. — Разве ты не хочешь сделать маму счастливой?
— Рейган не хочет детей.
Его мать совершенно не знала, что они расстались почти на год, хотя все это время оставались друзьями и соседями по комнате. И теперь, когда они снова были вместе с дополнительным романтическим партнером, о детях не могло быть и речи. Это напомнило ему, почему он проделал такой долгий путь, чтобы увидеть ее в первую очередь.
— Все женщины хотят детей, — настаивала мама. — Мы ничего не можем с этим поделать. Дай Рейган время. Когда-нибудь они ей понадобятся.