— «София Толли» без спинки.
В то время как ассистентка бросилась к стойке, Рейган провели в раздевалку. Мгновение спустя платье было повешено на крючок рядом с ней, и Рейган уставилась на него, разинув рот. Лиф был покрыт женственными украшениями. Юбка, сшитая из простого белого атласа, была длинной и пышной внизу, но облегала бедра.
— Не уверена, что оно подойдет, — сказал Рейган. — У меня большая... — Она чуть не сказала «задница», но спохватилась. — Задняя часть.
— И красивая спина, — сказал ассистент. — Оно подойдет. И покажет твои изгибы.
— Мои маленькие сиськи?
— Доверься нам. Мы одели тысячи невест всех форм и размеров. Это будет потрясающе смотреться на тебе. Особенно с твоей длинной шеей. Ах! — сказала она, как будто восхищенная длиной шеи Рейган.
Поэтому Рейган позволила помощнице помочь ей надеть платье, которое она не выбрала бы и за миллион лет, если бы была предоставлена самой себе, а затем, не мигая, уставилась на незнакомку в зеркале.
Это было прекрасно.
Ассистентка открыла дверь раздевалки и позвала:
— Гвен?
Рейган вышла из раздевалки, чувствуя себя одновременно красивой и застенчивой. Боясь прикоснуться к платью, она не знала, что делать со своими руками, поэтому просто помахала ими вверх-вниз по бокам.
Гвен оторвалась от разговора с Сандрой и прижала дрожащую руку к груди.
— О боже. Да, милая, у нас есть победитель.
— Покажи ей спину, — сказала ассистентка, беря Рейган за руку и подводя ее к низкому пьедесталу, окруженному зеркалами.
Сзади у платья был возмутительно низкий вырез. Она могла видеть верх своих трусиков, выглядывающих из-за кружевной каймы чуть выше верхнего изгиба ее задницы. Увидев проблему, ассистентка, хотя они и не называли друг друга по имени, сунула руку под широкую атласную юбку и стянула трусики Рейган с глаз долой.
— Вау, — сказала Гвен. — Чего бы я только не отдала, чтобы иметь спину и носить такое.
— Ты и я, обе, — согласилась Сандра. — А эта шея, которая тянется на многие мили? Она остановит его сердце, Гвен. Ты уверена, что хочешь рисковать жизнью своего сына?
Сандра подмигнула Рейган, которая покраснела. Она знала, что продавать платья — женская работа, но она заставляла Рейган чувствовать себя прекрасной. Она не могла припомнить, чтобы другая женщина когда-либо заставляла ее чувствовать себя хорошо в своем теле. Мужчины, которые хотели переспать с ней, конечно, но никогда другая женщина. Она задавалась вопросом, было ли это тем, что большинство матерей делали для своих дочерей. Ее никогда не было рядом, чтобы придать ей необходимый уровень уверенности, поэтому она не знала.
— Не хочешь померить еще несколько? — спросила Гвен.
Рейган покачала головой, слегка повернувшись на пьедестале, чтобы юбка закружилась.
— Мы возьмем это, — сказала ей Гвен. — Нам оно нужно к следующей пятнице. Сможешь ли ты к тому времени внести изменения?
— Для этого многого не нужно, — сказала Сандра. — Я уверена, что мы сможем их сделать, если вы готовы снять его с полки вместо того, чтобы заказывать.
— Тебя это устраивает, Рейган? — спросила Гвен.
— Да. — Черт возьми, она хотела надеть эту вещь вне магазина.
Гвен пыталась уговорить Рейган надеть пару красивых белых туфель на каблуках, когда у Рейган зазвонил телефон. Не зная, как ей удастся убедить женщину в том, что она наденет ботинки под своим эффектным платьем, Рейган с радостью ответила на звонок Дара.
— Привет, малыш, — сказал Дар. — Надеюсь, ты не занята.
— Просто выбираю свое свадебное платье. Ничего важного, — поддразнила она.
— Нам нужно, чтобы ты сыграла на гитаре на приеме у Седа. Макс уже перестарался, и ему пришлось снова надеть бандаж. Не все песни. Во многих из них нужна только одна гитара, так что я могу справиться со всеми ними. Но для некоторых песен нужны два гитариста.
Она терпеть не могла соглашаться, не посоветовавшись с Джессикой. Она знала, что у этой женщины каждая секунда ее особенного дня была спланирована с точностью до минуты, но она была уверена, что Джессика предпочла бы, чтобы ее песни на приеме звучали хорошо, чем чтобы одна из ее сорока пяти тысяч подружек невесты все время сидела за правильным столом. И парни нуждались в ней. Ей нравилось, что они без колебаний обратились к ней за помощью.
— Вы репетируете у тебя дома? — спросила она.
— Да. Все ребята уже здесь. И, хочешь верь, хочешь нет, но они с удовольствием превращают все эти мягкие песни о любви в шедевры метала.