— Ты выглядишь немного шокированным, — сказал доктор Миллс.
Язык Итана сам собой завязался узлом.
— Я... ну... Разве это не необычно... Я имею в виду... — Что он имел в виду?
Родители Трея казались удивительно открытыми, но, честно говоря, Итан находил их принятие необычного образа жизни своего сына ошеломляюще странным. Он полагал, что ему не следует удивляться. Дар так же хорошо относился к наклонностям Трея, как и их родители, но Дар был молод и непредубежден. Дар был рок-звездой, вероятно, видевший почти все, что можно было увидеть. Родители Трея были, ну, родителями.
— Ты не можешь изменить то, кем являются люди внутри, — сказал доктор Миллс. — Хотя мне действительно платят солидный гонорар за то, что я меняю их снаружи. — Он засмеялся и хлопнул Итана по спине. — Здесь ты можешь ослабить бдительность. За исключением подъездной дорожки. Как ты думаешь, мне стоит позвонить в полицию? Они заставят фотографа покинуть этот район.
Итан пристально взглянул в конец подъездной дорожки. Солнце, отражающееся от объектива камеры, решил он.
— Таблоиды не уйдут, пока не уничтожат нас или им не наскучат их три новые игрушки, да?
— Нет, если вы не сможете убедить их, что здесь нет никакой истории, — сказал доктор Миллс.
Итан потер рукой подбородок. Теперь появилась идея. Но как именно ему это удалось?
— Я предлагаю вам сказать правду, честность — лучшая политика и все такое.
Итан усмехнулся.
— Вы говорите совсем как Ваш сын.
— Который из них?
— На самом деле, они оба, но особенно Дар.
— Я думаю, что мы с их матерью сделали все правильно.
Если бы Итан открыто был кем-то вроде Дара или Трея, его мать и отчим отреклись бы от него.
Доктор Миллс провел Итана внутрь и закрыл за ними дверь с успокаивающим щелчком. Здесь не было фотографов, только удивительный ассортимент красочных и причудливых произведений искусства. Яркий солнечный свет проникал сквозь стеклянный купол на потолке, освещая картины и скульптуры, а также фрагменты цветной плитки, образующие фрески на стенах фойе, колоннах и полу. Даже многоярусный стол в центре всего этого казался какой-то скульптурой в смешанной технике, с гигантским пильным полотном в центре, несколькими дополнительными лезвиями меньшего размера, образующими дополнительные платформы, и эклектичным набором стульев, начиная от старинного дерева до детского красного стула из ПВХ, чтобы сформировать множество ножек. Это напомнило Итану о каком-то смертоносном инопланетном насекомом.
— Моя жена не будет счастлива, пока на каждом дюйме этого огромного дома не будет ее печати.
Доктор Миллс поставил свой портфель на самый большой пильный диск. Острые края были покрыты защитным прозрачным пластиком. Итан представил себе Трея, бегающего вокруг этой опасной штуки в детстве, и содрогнулся.
— Гвен, милая, — позвал доктор Миллс в похожий на пещеру дом. — Выходи, выходи, где бы ты ни была.
Итан все еще таращился на одну из настенных фресок, обнаружив, что вблизи плитки были перемежены крышками от бутылок, шайбами для болтов и кусочками сломанных компакт-дисков, которые придавали блеск рыбьей чешуи в дизайне.
— Это замечательно, — сказал Итан.
— Трей унаследовал все свои таланты от своей матери, — сказал доктор Миллс.
Вероятно, не все его таланты. Итан подавил кривую усмешку. Он был почти уверен, что талантливый язык Трея был приобретенным навыком, а не унаследованным. С другой стороны, доктор Миллс казался очень счастливым человеком. Возможно, Трей унаследовал такие навыки от своей матери.
Встревоженный направлением своих мыслей, Итан забрел в гостиную слева от фойе. Трей нашел его там несколько минут спустя, когда он осматривал каминную полку.
— Мне было интересно, где ты, — сказал Трей. — Женевьева готовит вишневый пирог. Ты не захочешь пропустить это.
— ТЫ не захочешь пропустить это, — сказал Итан, похлопывая Трея по спине. — У тебя, должно быть, было очень... э-э... яркое детство.
Трей наклонил голову, изучая лица по бокам каминной полки. Они были сделаны из кусочков цветных кирпичей, и их было легко идентифицировать как Трея в разном возрасте с левой стороны и постепенно взрослеющего Дара справа.
— Ты знаешь, она не начала сходить с ума по дому, пока мы с Даром не выросли и не стали самостоятельными. — Его улыбка была немного грустной. — Я думаю, она скучает по нам.
— Она, вероятно, хотела бы иметь несколько внуков в будущем, — сказал Итан.
— Это зависит от Дара, — рассмеялся Трей. — И поверь мне, она постоянно достает его по этому поводу.