В этот момент в моей голове раздался голос. Не громкий, но глубокий, словно эхо в пещере. Он звучал прямо в мозгу, обходя уши, и от него по спине пробежал холодок.
— Иггдрасиль связался со мной, — сказал голос, спокойный, но с какой-то древней, почти усталой интонацией. — Он обещал подкрепление. Моё ядро внедрения находится в глубинах наших гор, куда мы движемся. Я рад, что вы прибыли вовремя.
Я замер, пытаясь осознать, что только что произошло. Голос звучал так, будто кто-то говорил прямо внутри меня, и это было чертовски странно. Планета вокруг нас отреагировала: корка под ногами слегка сжалась, а издалека донёсся новый гул, будто она подтверждала слова Истинного разума.
— Это что за голос? — вырвалось у Валька, его глаза расширились. — Прямо в голове? Это оно?
— Похоже на то, — ровно ответил Юки.
Я смотрел на создания вокруг этого огромного мозга и невольно задумался о том, что их немного. Интересно, сколько сражений они уже пережили? Сколько этих стражей полегло, чтобы защитить этот мозг? И тут же голос в моей голове ответил:
— Моих воинов осталось мало. Демоны Заракса атакуют постоянно.
Я вздрогнул, чувствуя, как по коже пробежали мурашки. Неужели он слышал мои мысли? И сразу отвечал на них?
— Чёрт, — пробормотал, глядя на гигантский мозг. — Ты слышишь, о чём я думаю?
— Да, — ответил голос. — Ваши мысли открыты для меня, как книга.
Олеся посмотрела на меня, её голубые глаза были полны удивления.
— Это… жутковато, — сказала она, нервно поправляя волосы.
Кэрн снова поднял руку, привлекая внимание. Его массивная фигура возвышалась над нами, а жёлтые глаза внимательно осматривали равнину.
— Так, слушайте! — прогремел он и указал на меня пальцем. — Твоя команда идёт слева спереди, рядом с их стражами. Наша справа, а сборная прикрывает тыл. Не расслабляйтесь, следите за всем!
Гризельда хлопнула по боку своего зверя, и он с шипением сложился обратно в металлический диск. Она закинула его в инвентарь.
— Ну, нубы, держитесь поближе, — сказала зеленокожая, ухмыляясь. — Не хочу потом собирать ваши куски.
Я усмехнулся, кивнул и занял позицию слева спереди, рядом с одним из стражей Истинного разума. Это существо было чуть выше меня, его чешуя переливалась зелёным, а отростки слегка подрагивали, будто готовились к атаке. Оно повернуло голову, и ряды светящихся пятен на его морде уставились на меня. Я невольно сглотнул, но кивнул ему, как будто мы были старыми знакомыми.
— Не дёргайся, — тихо сказал я, больше для себя, чем для него.
Мы двинулись вперёд, следуя за Истинным разумом, который снова начал скользить по равнине. Его движение было плавным, но уверенным, а стражи двигались синхронно, образуя защитное кольцо. Планета реагировала на каждый их шаг: корка под мозгом слегка приподнималась, словно поддерживая его, а костлявые отростки по бокам пути дрожали, выпуская новые облака спор. Воздух становился тяжелее, пропитанный запахом серы и гниющей органики.
Я заметил, как Милена и Ауриэль начали отставать, их взгляды были прикованы к растительности вокруг. Среди липкой корки виднелись редкие растения — ярко-красные цветы, похожие на маки, но с лепестками, которые слегка шевелились, будто живые. Это были живые алые розы, те самые, что нам нужны для зелья. Милена наклонилась, осторожно срезала один цветок и убрала его в инвентарь. Планета тут же отреагировала: корка под цветком сжалась, а ближайший костлявый отросток выпустил облако спор, которые закружились вокруг неё.
— Осторожно, — крикнула Ауриэль, заметив это. Она тоже сорвала розу, но сделала это быстрее, избегая спор. — Они как будто не хотят, чтобы их трогали.
— Зато нам они нужны, — ответила Милена, её голос был сосредоточенным. Она уже сорвала ещё один цветок, а её пальцы ловко работали с ножом.
Улыбнулся, глядя на них. Девчонки вели себя уверенно, но осторожно, и я был рад, что они не теряют времени. Планета, словно почувствовав их действия, издала низкий гул, а мясистые грибы вдалеке начали сокращаться быстрее, выбрасывая в воздух новые нити.
Мельком взглянул на Дэвида. Парень молча шел позади, с безразличием оглядывая окрестности. Он тоже собирал ресурсы, как и половина моей команды, но делал это в отдалении и к нам не приближался. Изменился он после Тула, как ни крути, но что именно творилось в его голове догадаться было сложно.
Истинный разум двигался вперёд, и его стражи время от времени издавали шипящие звуки, будто переговаривались. Один из них, шедший рядом со мной, внезапно остановился и вонзил свои отростки в землю. Корка под ним затрещала, и из-под неё вырвался фонтан слизи, который тут же затвердел, образуя небольшой шип. Страж повернул голову ко мне, и его светящиеся пятна замерцали.