Закрыв глаза, Аше внимательно вслушивалась в каждый жест, каждый звук. Слышала, как Винн открыла дверь, и чьи-то сапоги переступили через порог, и стоило им сделать шаг, как Аше сжала рукоять меча. Этот звук она ещё долго не забудет, не выкинет из головы. Ассасины. В доме Винн стоял наёмный убийца. И только зачем она заставила её спуститься в подвал? Если бы она убила одного из кровожадных монстров, то стало бы проще дышать. Если бы ей только удалось убить каждого из них… если бы она смогла…
Но её мысли разбили широкие шаги мужчины, который ходил по дому, разнося грязь сапог по всему полу. Стиснув зубы, Аше молилась, лишь бы он ушёл, не тронув девушку. Если же нет. То она найдёт его и убьет всеми разными способами, которые придут ей в голову. Она покромсает его на куски, и оставит подыхать, как последнюю тварь.
Когда тяжелые сапоги ассасина остановились над Аше, девушка замерла, ощущая, как половая пыль осыпалась на её лицо. Но это не важно, лишь бы одна из половиц не скрипнула, и он не сорвал дряблую ткань и не обнаружил потайного лаза.
Его голос прозвучал, как зловещее рычание. Винн была настолько смелой, даже ни на секунду её голос не дрогнул, отвечая убийце. Аше слышала, как девушка сказала, что здесь она совершенно одна, и никого в доме нет.
Но в памяти Аше вспыхнула отчётливая картина, как на столе стояли две тарелки и чашки, оставленные Винн до утра. Мороз пробежал по позвоночнику, заставляя каждый волосок на теле встать дыбом и впиться в её кожу осиными иглами. Ужас, который замер в её глазах, блестел накатывающими слезами в темноте. Аше сделала глубокий вдох, когда старый пыльный половик взметнулся вверх, и девушка замерла с немым криком на устах. Ей показалось, её собственный взгляд встретился со светлым цветом янтаря, змеиных глаз, скрывающихся под капюшоном. Сердце перестало биться, и Аше ощутила тот холод, что пронизывал всё её тело. Ладони вспотели, а колени подкашивались. Она видела его высокие сапоги, его тёмный плащ мирно свисал вниз, а всё тело было увешано смертельным оружием. Да он сам являлся этим смертельным оружием. Об этом говорило его мускулистое телосложение. Также Аше разглядела два кремниевых пистолета, расположенные на перетянутом через плечо ремне. Огромный меч в ножнах висел на его бедре. На двух запястьях находились кожаный наручи: скрытый клинок и духовой пистолет. Если Аше затеет с ним драку, то не продержится и минуты. У неё был лишь один шанс на миллион убить его, скрываясь за дверью. Но теперь, шанса больше не осталось.
Девушка была готова к тому, что мужчина сорвёт одну половицу и вытащит Аше, точно котёнка на свет и, пронзит её своим клинком; но ассасин, рассмотрев пол, направился к выходу.
Всё тело, что сковало страхом, наконец-то расслабилось и девушка, не ощущая собственных сил, повалилась на сырой пол. Когда Винн сняла две половицы, то Аше стояла на коленях и опиралась ладонями о влажную поверхность. Силы, покинувшие её, будто и не собирались возвращаться.
Когда девушка ощутила руки Винн на своём плече, то поняла, что слишком долго засиделась в сыром подвале, даже не заметив, как девушка сняла половицы и спустилась к ней.
- Только не говори, что он был по твою душу, - она присела рядом с Аше и невольно покачала головой, будто осуждая её за какой-то неизвестный ей проступок. - Почему?
- Вот поэтому, - Аше села на сырой пол, ощущая, как широкая ночная сорочка прилипает к её бедрам, и вытянула рубиновый амулет из кармана плаща.
- Боже… - Винн прикрыла губы ладонью.
Перед глазами Аше буквально пролетело тысяча и одна мысль о собственной смерти. Словно она смотрела глазами девушки, которая уже тысячу и тысячу раз оплакивала её смерть и последнюю надежду на спасение Райских Земель.
- Как их много на острове? - лишь спросила Аше.
- Я не знаю… - она покачала головой. - Ассасины не служат Дохану, но за деньги делают всю грязную работу. Сколько их здесь, не знаю. Но если ассасины знают, что ты жива, значит и он знает… тебя будут преследовать до тех пор, пока не найдут и не убьют.