- В-витя..зачем ты так- голос Олеси как гвоздь пронзил сердце мальчика -так жалобно он звучал. Но бежать туда ему не давал страх. мальчику было страшно, как и любому другому ребенку при ссоре родителей.
- Не надо, Витя, оставь эти глупости, прошу. Давай просто спасем их, я знаю, ты тоже хочешь этого, ты...-
Договорить она не успела - по коридору разнесся резкий звук удара. Мальчик вскрикнул и бросился назад. Картина, что он увидел, выбежав, на всю жизнь врезалась в его еще не совсем ожесточившийся разум - Отец, с умиротворенным лицом сунув одну руку в карман белого халата стоит у левой стены. В его другой руке зажат крупнокалиберный пистолет и направлен он на лежащую у стены мать, что беззвучно рыдает. Из ее брови, рассеченной ударом рукояти, по лицу целым потоком течет алая кровь, окрашивая светлые волосы в рыжий...мальчик застыл на месте, точно как там, в подвале, впервые..
- Витя, прости...но ты должен...
Выстрела парень не услышал - время словно замедлилось и он лишь дрожащими от ужаса глазами увидел, как дернулся затвор и пистолет в руке отца, как мать привстала на колени и умоляюще протянула руки к отцу, как дернулась ее голова и сзади кровавым веером вылетело что то мерзкое, забрызгав почти всю стену... мать упала вперед, к ногам отца, а он брезгливо пнул ее - видимо боялся запачкать ботинок. Мальчик сделал шаг негнущимися ногами, потом еще шаг. Дыхание его сбилось, глаза застелила мутная пелена и кинувшись к матери, он рухнул на колени и дико, по звериному закричал. Припадая к уже холодеющему телу, что столько лет согревало его в холодные дни, не сводя глаз с застывшего лица, что так мило улыбалось мальчику, Валериан кричал и кричал, надрывая голос. Ненависть, боль, жалость к убитой и ужасающее понимание, что все, мать больше не откроет свои большие, красивые глаза перемешалось в голове ребенка и сейчас тысячью осколков впивалось в его мозг, сердце, душу - в саму его сущность. Наконец он сорвал голос окончательно и застыл на окровавленной белой рубашке матери, зарыдав. Отец спокойно прикурил сигарету и стоял над парнем, а когда тот потерял сознание, отнес его в комнату.
Очнулся Валериан уже через пару часов - даже учитывая сверх потрясение не следует забывать, что он пока еще крепкий молодой организм, не расшатанный сильными болезнями, неправильным питанием и прочее, но отец и не забывал....И первое что увидел мальчик, когда открыл глаза - сутулую спину отца, который спокойно выкуривал очередную сигарету. Мальчик хотел было закричать и основательно разнести его голову чем нибудь тяжелым...и вдруг понял, что он не зол на отца!! Валериан приподнялся, и ...и даже не удивился. Спокойно обдумав произошедшее, парень попробовал испугаться...удивиться..разозлиться...
разжалобится...он вызывал из глубин своей памяти образы, что пугали, удивляли, смешили его...но ничего не происходило!! Он не чувствовал ни боли утраты..ни грусти по матери, ни жалости к тому несчастному бородачу ни даже злости к отцу. А ведь этот проклятый ублюдок убил его мать, убил того, кого Валериан любил всей душой, самого близ...стоп. А как это - любить? Мальчик сел на кровати и сжал голову руками. Любить, грустить, жалеть...Как это делается? Что при этом происходит? Но даже испугаться или расстроится от этого мальчик не мог. Он с совершенно спокойным лицом смотрел на бабочку, залетевшую через открытое окно к ним в комнату и сидящую сейчас на неподвижной ноге Валериана и думал о том, как это плохо что отец убил мать..
- Зря стараешься - раздался в пыльной комнате глуховатый голос, которого Валериан побаивался с детства..но сейчас он не боялся нисколечко. Бабочка взмахнула своими расписными крыльями, но взлететь не успела - удар ладони мальчика размазал ее по спинке дивана. Красивые, искрящиеся крылья беспомощно смялись в серый комок.
- Валериан - продолжил отец - Ты этого не знаешь, но наша гениальность - следствие мутации. Скорость реагирования наших нейросетей выше, приток крови лучше, память цепче чем у прочих людей. Но наши нейроны очень чувствительны. Ты..ты повредился умом, когда я избавился от этого ...груза. Твои нервные клетки стали понемногу отмирать. Я, не желая терять столь перспективную для меня замену, перенаправил процесс и остановил его. Твоя гениальность не пострадала, но твои зоны мозга, отвечающие за эмоции и чувства мертвы...-