— Потому что не может здесь один человек такой красотой обладать, каким бы многоуважаемым он не был, за тебя тут реально может вторая Троянская война начаться. Если Эмиль станет твоим хозяином, я боюсь, что он реально может отдать тебя на потеху толпе — и авторитет свой поднимет, и самоутвердится, и от проблемы зависти всего города избавится. Не забывай, что он уже не человек, а ренегат — там совершенно другое мышление, и нет ни эмпатии, ни любви, ни жалости.
— Но ведь мы же дипломаты…
— Когда Грибоедова толпа убила, война не началась. Если тебя здесь растерзают — после того, как потешатся вдоволь, война с Землей тоже вряд ли начнется, только если моя личная.
Екатерина наконец-то начала понимать серьезность ситуации. Совсем как Петр недавно, не замечающий очевидных вещей когда я рассказывал ему о произошедшем в небоскребе, она так же до этого момента словно в состоянии затуманенного сознания находилась.
— Подожди, но ведь я же посланник, мы же с дипломатической миссией, как же справедливость… — забормотала она в растерянности.
— Справедливости нет. Спроси у неожиданно исчезнувшего городского совета, они подтвердят.
— А как нам…
— Решим, не волнуйся. Просто молчи и жди, — взял я за руку девушку.
— Ты решишь?
— Да, я решу. Ничего не бойся.
В этот момент раздался стук в дверь и не утруждая себя ожиданием ответа на пороге появился Овип Лакос в сопровождении двух охранных роботов. В этот раз человекообразных, раза в два меньше громил что патрулировали улицу. Судя по разочарованному выражению, доверенное лицо Эмиля многоуважаемого очень надеялся увидеть пикантное зрелище и заметно расстроился, обнаружив нас с Катей одетыми.
— Поединок начнется через пятнадцать минут, — обратился Лакос ко мне. — Боты отведут женщину на главную трибуну, а я провожу вас в зону ожидания. Вы подтверждаете участие?
— Да.
— Тогда пойдемте.
— Пойдемте, — кивнул я, тяжело вздохнув и почувствовал, как Екатерина схватила меня за руку.
— Пожалуйста, не надо, я прошу тебя, это слишком…
Прерывая теряющую самообладание девушку, я приобнял ее за плечи и поцеловал в лоб.
— Не бойся, все нормально будет. Сказал же — просто молчи и жди, когда я все решу.
Я действительно был уверен, что все будет нормально. Не на сто процентов уверен, конечно, но, допустим, на девяносто семь. При этом на все сто процентов я был уверен, что мне не придется принимать участие в очередной королевской битве: пусть законы города можно менять, но творцы-основатели действительно заложили в системные алгоритмы понятия о справедливости. Которая может быть совершенно беспощадной — думая об этом, я даже усмехнулся в предвкушении. Эмиль многоуважаемый просто не знает, с кем связался — мир у меня не первый, опыт взаимодействия с регулирующей системой есть, так что ждет его сейчас большой сюрприз.
Когда мы выходили из номера, постепенно осознающая наконец масштаб проблемы Екатерина вцепилась мне в руку почти как неделю назад во время взлета. Еще более подтверждая недавнюю догадку о том, что теряя контроль над ситуацией она теряет и холодный разум, и привычную адекватность мышления.
На выходе из гостиницы пришлось ее успокаивать — здесь мы расходились. Охранные боты повели ее в сторону главной улицы, чтобы помочь попасть на главную трибуну, с которой можно смотреть королевскую битву. Мы же вместе с расстроенным Лакосом — он явно переживал по поводу проваленного задания отговорить меня от участия, двинулись в сторону площадки для поединка.
Не сразу я обратил внимание, что недавно многолюдные улицы вокруг гостиницы совершенно пустые. Странно, буквально только что вокруг гостиницы толпа бродила, а сейчас даже ни единого бомжа-мутанта не видно. Я начал было волноваться в ожидании подвоха, но оказалось все просто — все население Разлома собралось на висячих мостах и крышах зданий, расположенных вокруг предназначенного для проведения королевской битвы квартала, по периметру которого уже тянули красно-белую ленту.
Местом для определения права на Екатерину была выбрана территория городских трущоб — в основном застроенная хижинами, собранными из засохшей грязи, палок и ржавых листов жести, откуда идущие цепью городские военные заканчивали выгонять обитающих здесь бомжей-мутантов. В центре квартала, на небольшой пыльной площади с виселицей, где болталось три полуразложившихся рейдера, расположилось покосившееся двухэтажное здание, рядом возвышался явно недавно собранный деревянный помост. Никакой магии в этом мире нет, так что уменьшаться территория для битвы как в Темной горе не будет. На поединок выделено тридцать минут, а условие победы состоит лишь в том, чтобы забраться наверх и продержатся на этом помосте пять минут. Присутствовала и необходимая дыра в правилах, чтобы обеспечить победу нужному кандидату — отсутствовало условие единственного победителя в наличии. Все это я по дороге узнал, с Лакоса правила спросив.