Выбрать главу

Матвей Курилкин

Мастер проклятий

Авантюрист

Глава 1

Шесть часов. Именно столько потребовалось, чтобы перевести всех пленных на мою ферму. Всего мы освободили пять тысяч разумных, и, если бы не ребята Конрута и мормолики, довести их всех до подземного города было бы невозможно. И, напротив, если бы не карлики-керкопы, сделать это было бы намного проще. Акмон с Кандулом как с цепи сорвались. Несчастные бывшие пленники спотыкались на ровном месте, роняли без того немногочисленные пожитки в пыль, пару раз находили их у соседей, отчего чуть не случились драки. Мы с Керой с ног сбились, пытаясь никого не потерять по дороге, так еще и шуточки этих паршивцев…

— Слушай, давай мы лучше их убьем? — спросила богиня, после очередного подобного случая.

— Жалко. Они нам здорово помогли.

— Я не про керкопов, — посмотрела на меня как на идиота девушка. — Я про этих доходяг. Ну ты посмотри на них — что может быть более отвратительным? Слабые, жалкие, ничтожества. Не смогли себя защитить, ждали заклания как бараны. Так еще и сейчас ноют, что их, видите ли, плохо спасли! Некомфортно. В самом деле, давай убьем. Пользы будет море, а проблем никаких!

Я на секунду задумался, из песни слов не выкинешь. Слишком паршиво себя чувствовал после ранений, слишком раздражали меня пленники, которые действительно непрерывно ныли, как будто им кто-то что-то должен. Значительная часть почему-то задалась целью вернуться по домам, как будто у них мозги напрочь отключились. Таких приходилось останавливать силой. После того, как Кера вырубила десяток, и неаккуратно забросила в и без того переполненные локомобили, попытки открытого неповиновения прекратились, но остались еще хитрецы, которые пытались сбежать втихаря. В общем, убийство освобожденных пленных уже не казалось мне чем-то совсем уже из ряда вон выходящим. Всегда считал, что любой имеет право быть идиотом, но только до тех пор, пока его идиотизм не начинает угрожать окружающим.

— Нет уж, обойдемся так, — неохотно ответил я, — Ты займись керкопами, а то они что-то в самом деле перебирают. В смысле напугай, а не убей, — уточнил я на всякий случай. Хотя Кера и так не стремилась — ей дебильные шутки карликов нравились.

Сам я просто в очередной раз поделился кровью с мормоликами, поддержав их тающие силы. Вампирши с ног сбились, носясь из конца в конец колонны и постоянно зачаровывая путников. Действовало недолго, так что, когда они заканчивали зачаровывать одних, с других чары уже слетали, и им приходилось начинать все сначала. Правда, наш с Керой диалог на удивление слегка снизил накал неповиновения. Дело в том, что понижать голос богиня и не думала, так что и ее слова, и моя реакция для ближайших пленников тайной не были. Тем, кто был слишком далеко, содержание разговора передали. Несостоявшиеся жертвы чистому решили, что снова находятся на волоске от смерти и слегка поумерили стремление к свободе.

Мы добрались, и никого не потеряли по дороге. Правда, точно это выяснилось потом, когда сравнили списки с наличным составом. Со списками — это Конрут подсуетился. Проследил, чтобы забрали весь архив чистых. Очень правильное решение, даже неловко, что я сам об этом не подумал. А тогда, после того уже, как последний пленный спустился в мрачную черноту прохода в подземный город, я все не мог избавиться от мысли, что кого-то мы потеряли. И этот кто-то наверняка попадется чистым, так что всех пленных найдут и семья Ортесов будет обречена как минимум на поспешное бегство, а скорее всего, нас просто уничтожат.

Беспокойство не способствовало хорошему настроению, так что, когда ко мне подскочил один из пленных, которых мы пытались разместить в жилых кельях верхнего этажа катакомб, я едва сдержался от того, чтобы сунуть ему в рожу. Но удержался и это хорошо.

— Мастер Диего, это ведь вы? Вы живы? А это домина Ева? — мужчина максимально понизил голос, стараясь, чтобы окружающие не услышали.

Я вгляделся в лицо говорившего.

— Мариус! — воскликнул я. — Тесен мир! Как ты здесь оказался?

Это действительно был Мариус Лонгин, толедец, которого мы со стариком Рубио освободили из лагеря и с которым мы вместе уходили к сепаратистам. После его ранения наши дорожки как-то разошлись. К стыду своему, я даже не интересовался делами товарищей по побегу. Мариуса тогда положили в госпиталь, в Памплоне. Его друзья — Дариус и Витус, с которыми он работал когда-то в одной мастерской, тоже откололись от нашей компании, и больше я о них не слышал. Да и не вспоминал, что уж там. И вот он стоит передо мной, в очередной раз спасенный из лагеря смерти.