— Инженер Цоуфал. Звякните, когда вернется Рамеш.
Повесив трубку, он закурил. Девять. Ползут, будто прусаки на пиво. Распустил я вас, господа, но ежели угодно поиграть в школу и школяров — что же, мешать не стану.
В кабинете царила тишина. Только вода из плохо завернутого крана тяжелыми каплями шлепала по днищу жестяной раковины.
— Так мы йогой занимаемся, что ли? — вдруг громко спросил Радек. — Пора бы и начать, все равно больше никто не придет. Легкий хворает, Хлоуба — член первомайской комиссии, а хоккеиста мы давно вычеркнули из списка.
Кто-то рассмеялся. Смерив Радека строгим и красноречивым взглядом, Камил одобрительно кивнул.
— Вполне остроумно для понедельника… Вы об этом только теперь вспомнили?
— Я полагал, что вам, как начальнику, это тоже известно, — вроде бы невинно возразил Радек. — Но одно ваше слово — и я в своем вступлении тут же подал бы рапорт об отсутствующих.
Смех стал смелее и громче. Со злостью стиснув ручки кресла, Камил поднялся.
— Ну, хорошенького понемножку, посмеялись — и хватит. Очевидно, вы, товарищи техники, отметили тот факт, что май уже на носу. А работы изрядно. Поскольку в ближайшую неделю меня не будет, очередную инструкцию вы получите завтра у Кадлецовой. Я доставлю ее туда заблаговременно. В сжатом, так сказать, конспективном виде. За неделю надо разработать подробный план ремонта пневматических труб на май месяц и перспективный план работ на второе полугодие. В одну из майских суббот и воскресенье мы проводим внеочередной капитальный ремонт бензопровода, так что со сверхурочными осторожнее. Товарища Мусила это не касается. Сегодня в десять он получит техническое задание с расшифровкой, а на следующей неделе обмерит северный мост, включая отсеки третий и четвертый. Хорошо бы все записывать, в июне там придется менять кое-какие распределители. Вопросы есть? Что-нибудь неясно? — Камил окинул взглядом кислые физиономии сидящих вокруг подчиненных и, поскольку все хранили безмолвие, пожал плечами. — В таком случае я вас не задерживаю.
Загремели стулья. Обозленные парни нехотя расходились.
— Инженер Пехачек! — окликнул Камил. — Пожалуйста, на минуту…
Пехачек остановился, настороженно подняв голову.
— Наверное тебе уже известно, — сказал Камил, оставшись с Пехачеком наедине. — С мая ты получаешь зарплату по одиннадцатой категории. Поздравляю с повышением.
— Разве?.. Благодарствую, — улыбнулся Пехачек, но впечатления, что он лучится благодарностью, не создавалось.
Камил в задумчивости прошелся от двери к окну и обратно.
— Видишь ли, какая у меня теперь проблема. — Он пытливо заглянул Пехачеку в глаза. — Ты еще помнишь ту халупу? С водой там уже порядок. Прекрасный проект… И мне пришла мысль, не разбираешься ли ты и в отопительных системах? Ну, тепловая мощность котла, примерная обогреваемость батарей, сохранность тепла… да что тут объяснять, сам знаешь…
— Это очень трудно, — хмуро отозвался Пехачек. — Что-то вроде того делают, наверное, в проектном институте в Мосте…
— Ах, там, — Камил поднял уголки губ, а взгляд его сделался острым, как луч лазера. — Что ж, попробую обратиться туда, но через недельку, вернувшись из Праги. А если и ты захочешь поразмыслить над подобной задачкой, я был бы тебе весьма признателен.
Да, это лучший и единственный выход, думал Камил, глядя, как прямой, будто палка, Пехачек выходит из кабинета. Что-то портится у меня этот парнишка. Наверняка не обошлось без Хлоубы или Радека. Скорее всего, виною тут Радек. Этого я сегодня ловко отбрил. Ничего, набегается за недельку, а там, глядишь, и спесь слетит, и запоет по-другому.
Зазвонил телефон.
— Инженер Цоуфал.
— Рамеш. Тебе что было нужно, Камил? — спросил начальник отдела.
— Мне нужен недельный учебный отпуск. В июне экзамены, а я уже пропустил два семинара…
— А как же с этой черпалкой? На сегодняшнем совещании о ней поминали.
— План я разработал. Сегодня распределил задание по участкам… — Камил несколько преувеличил степень готовности плана, приукрасил и свои утренние указания-наметки.
— Вот и славненько. Значит, заметано, возражений нет.
— Спасибо.
Заметано. Улыбнувшись, Камил повесил трубку. Никаких, мол, возражений. А ведь они были бы, были, только мысль о старшем Цоуфале — о заместителе директора Цоуфале — бог знает отчего подавляет их. Предложи я Рамешу обменяться должностями, он бы тоже согласился, да еще двери кабинета распахнул передо мною.