Когда он вылез из подвала, солнце уже палило вовсю. Белые шапки распустившейся на противоположном склоне черешни заметно поредели. Весна могучими шагами продвигалась вперед. Такое изобилие солнечных дней тут мало кто помнил.
Из остатков припасов, хранившихся в кладовке и холодильнике, Камил приготовил себе завтрак, словно на четверых, запил убийственно крепким натуральным кофе и после краткой передышки провел несколько контрольных опробований всей водной системы. Она работала безотказно.
Открыв вентили, он включил насосы. Ручьем полившаяся вода приятно зажурчала в замысловатом сплетении труб. Будто звуку органа вторили кристальные женские голоса. Вот это значит полностью реализовать свои способности и получить истинное удовлетворение. За какие-нибудь два месяца проделана гигантская работа. «Настоящий мужчина всегда должен стремиться при жизни воздвигнуть себе монумент», — твердил профессор Роуш из Политехнического на каждом экзамене. Теперь и я кое-что сделал для бессмертия.
Из воздуховыпускных вентилей гейзерами била вспененная вода и через сбросовые желоба мирными ручейками текла в водопроводные каналы. Отключив запасной насос, Камил одним поворотом крана пустил воду по обоим ответвлениям водопровода. В трубах что-то загремело. Измеритель питьевой воды резервуара вдруг начал подниматься, и о блестящее дно бассейна ударила мощная струя воды. Все шло, как и следовало ожидать. Двадцать минут спустя поплавковый выключатель резервуара прекратил работу первого насоса.
Выйдя из подвала, Камил по лестнице поднялся в комнаты. Электрический бойлер уже действовал. Через час-другой я приму горячую ванну. Из кухонного крана вместо прежней слабой струйки бил искрящийся поток чистой воды. А это значит, что за неполных два месяца я сам себе доказал, что существую.
Прикрыв глаза, Камил стоял на террасе и слушал чарующий плеск воды в наполненном бассейне. Мир принадлежит только великим, сильным и смелым, скандировал он про себя, мысленно уже развивая новую «операцию» под названием «Центральное отопление». Чем больше он размышлял, тем легче представлялась задача, но, когда он подобрался к ключевой проблеме — подсоединению отопительного котла к запасному насосу, посторонний шум, доносившийся откуда-то из долины, заставил его открыть глаза. На хромированном покрытии засверкало солнце, и синий «форд», будто однояйцевой брат его машины, стал с ним рядом.
— Привет инженеру! — Регина подняла руку в знак приветствия.
— Салют, крошка, — отозвался Камил, не испытывая особого восторга. Они давно не виделись, но встреча его не радовала. Удивительно, но желание владеть Петровой дачей в последнее время пропало у него.
— Ты что насупился, как бирюк? — разочарованно протянула Регина.
— Я две ночи не спал.
Регина вдруг запрокинула голову, чутко прислушиваясь к тихому журчанию воды. Вода, должно быть, поднялась выше положенного уровня.
— Вода… Ты кончил! — воскликнула она.
— Кончил, — уныло отрапортовал Камил, холодно взглянув на нее.
Теперь за эту дачу ты получишь на пятьдесят тысяч больше, горько отметил он про себя. Наверное, у тебя на примете уже есть какой-нибудь мужичок, будущий хозяин кабинета, ну а если пока и не завелся — на меня ты не рассчитывай. Мне уже неохота.
— Обожаю! — Обняв его за шею, Регина довольна мурлыкала. — Давай напустим в ванну теплой воды и выкупаемся вместе. Первый раз и вместе…
Ее откровенный призыв не взволновал Камила. Лишь усилил разочарование, испытанное прошедшей ночью. Пустыня. Страшная пустота.