– Я знаю, на что ты способен, а потому шутить таким образом не собираюсь. Хозяин таверны попросил найти чудесного любовника для неё в её восемнадцать. Она его дочь, – призналась Колетт и остановилась у таверны.
– Дочь?! – поразился Грегор. – Интересные дела. Он продаёт её?
– Она сама себя продаёт, – засмеялась Колетт. – Идём!
Только вошли в таверну, где так никого из клиентов и не было, Грегор был представлен хозяевам, завтракающим за одним из столов:
– Вот он, – сообщила Колетт и указала на вздёрнувшего удивлённо бровью Грегора.
– Господи, какой красавец, какой молодой! – так и ахнула хозяйка и засыпала вопросами. – Вот точно ей понравится! Опытен? Ласкать умеет незабываемо? Нежен?
– О да, ещё как! – уверяла Колетт, бросая Грегору игривые взгляды.
– Хорошо, – усмехнулся Рой и встал. – Следуй за мной. Праздник будет вам обоим. И тебе, и нашей дочери. Мы её уже приготовили, пока тебя ждали...
12
Глава 12
Рой привёл Грегора к одной из спален второго этажа. Та комната была в самом конце коридора. Только Рой открыл дверь в комнату, Грегор вошёл, так же быстро за ним и закрыл.
В кресле у постели сидела юная особа. Лицом, действительно, милая, как заметил Грегор: её глаза с пышными ресницами, пухлые щёчки, пухлый ротик, слегка курносый носик – всё очаровывало. Девушка была в тонкой белой сорочке, через которую проглядывалась не менее очаровательная фигура, а волосы... Эти кудри, волнами разливающиеся по плечам, блестящим коричневым цветом напомнили цвет кофе, который так любил...
Миранда смотрела в ответ и узнавала его. Она помнила его со вчерашнего дня: как он показался ей душевным, добрым, милым... Именно он заинтересовал её. Именно от него не могла отвести глаз, внимания и вдруг появившихся мечтаний видеть вновь, но... не здесь, не так...
«Что ж», – усмехнулась она в себе. – «Моя мечта сбылась. Я его вижу... Только он не такой, как думалось. Но раз уж так у меня сложилось,... пусть именно он станет им... Моим первым мужчиной...»
Миранда прослезилась, но выдавать себя не собиралась. Она набралась достаточно терпения, чтобы совершить требуемое,... ради себя. Не ради родителей, которые склоняют её уже давно стать распутной девкой, подавать своё тело всем, кто захочет. Ради себя – чтобы спастись, чтобы выжить...
Грегор медленно снял камзол, рубаху и отложил их на стул рядом. Он не сводил глаз с уставившейся на него девушки. Только что-то мешало начать говорить. Что-то вдруг волновало, тревожило, но в тот же момент и звало получить блаженство именно с ней.
Грегор приблизился, обошёл вокруг, любуясь застывшей в кресле девушкой, и убеждался, что такой день будет точно незабываемым. Он опустился перед Мирандой на колени и бережно коснулся плеч, медленно спуская сорочку.
Миранда вздрогнула, но позволяла такому осторожному, молодому,... красивому мужчине... себя обнажать. Почему-то впервые ощутила, что не стесняется, не страшно, что незнакомый человек будет лицезреть её прелести...
Упругая, невероятно красивая грудь тут же оказалась под властью нежных поцелуев. Грегор еле касался губами чуть дрожавшей девушки, что пахла нежным ароматом ванили, которая так нравилась и будто заставляла не прекращать целовать,... вдыхать сей аромат.... Чувствуя, что девушка немного скована или волнуется, Грегор поднялся. Он встал позади кресла и наклонил голову Миранды на спинку стула.
Миранда закрыла глаза... Она чувствовала дыхание склонившегося мужчины. Касание его губ опьяняло. Он целовал ушко, шейку, щёки и глаза... Не скрывая получаемого удовольствия, смешанного с волнением, Миранда учащённо задышала, но... оставалась скованной...