Что ж, на этот раз остановлю свой рассказ, чтобы отправить его тебе да пообещать дальше слать весточки и... хранить верность! Кстати, никогда не знал, что когда любишь по-настоящему, быть верным так легко!
Будь радостной, спокойной и жди меня, моя любовь, моя Миранда!
Как и договорились, читаю Шекспира вновь и вновь:
Клянусь своею жизнью и любовью,
Грядущим счастьем и потомством нашим,
Что не позволю сумраку пещер,
Уединенью и дурным внушеньям
Злых духов осквернить мои мечты,
Благоговенье переплавить в похоть.
Навеки твой любящий супруг, Грегор.»
Читая письмо, Миранда успокаивающе гладила себя по округлившемуся животу, в котором рос зародившийся от их любви малыш. Она то улыбалась, то волновалась, но слова о любви, верности и о том, что будущее подарит ей с возлюбленным встречи и счастье, успокаивали.
Миранда поцеловала строки милого и посмотрела на окно, у которого сидела за столиком в своей роскошной спальне. Нежные лучи солнца, от которого становилось теплее после ушедшей холодной зимы, ласково грели. На душе становилось спокойно, легко, и снова вспоминались все объятия с любимым. Миранда вспоминала, а тоска в душе росла и росла, требуя его скорейшего возвращения, но лишь время отвечало — ждать...
Когда Миранда вернулась после того, как проводила супруга в плавание, то Виктор тут же сообщил всем о случившемся венчании. Дядя Грегора поторопил слуг закончить приготовления спальни для Миранды, и её перевели жить в красиво обставленную, чистую и невероятно уютную комнату. С тех пор она любила уединяться здесь, чтобы почитать или вышивать, чему её быстро научила герцогиня.
Через месяц Миранда стала себя плохо чувствовать. Началась тошнота, головокружения. Герцогиня сразу поняла, в чём дело, и радость от того, что Миранда теперь ожидает ребёнка, ощутил каждый, уже давно желающий для Грегора более счастливой судьбы, чем он себе избрал и к которой стремился до встречи с любовью.
Обучаясь всему, словно дочь герцогини, Миранда ощущала лишь восторг. Она была счастлива узнать столько много, жить вот так, а не как жила раньше, где родилась.
Воспоминания же о прошлом, в которых мало было радости и любви родителей, Миранду посещали каждый вечер перед сном. Словно совесть мучила. Множество вопросов наполняли её: правильно ли поступила, что так бежала, а не по-хорошему попрощалась с родителями; как они теперь без неё, скучают ли, ждут ли...
И только когда стало известно, что дядя Грегора решил с супругой навестить Голландию, Миранда затаила надежду узнать хотя бы немного о том, как её родные...