Миранда кричала, терпя боль и сейчас, и когда отец отбросил её на пол. Взглянув с опаской, она увидела, как он схватил висевшую на стене плеть. Тут же, на глазах застывших служащих, Колетт и жены он стал бить её изо всех сил.
Схватившись за живот, Миранда кусала губы, заботясь лишь о том, чтобы не пострадал ребёнок, но плеть пробиралась везде. Беспощадно. Жестоко. Убийственно. До почернения в глазах и падения в пропасть бессознания... Тишина...
Миранда вновь застонала от боли, когда стала приходить в себя. Она вздрогнула, ухватившись за живот, но он чувствовался пустым,... исчезнувшим. Вмиг вспомнив всё, Миранда резко открыла глаза.
Она лежала в просторной богатой постели в не менее просторной и роскошно обставленной спальне. Где была – не понимала и думать об этом пока не могла. Боль в животе, пустота и страх, что с ребёнком что-то произошло, – заставили Миранду в горе выкрикнуть:
– Нет!!!
Тут же в распахнувшуюся с грохотом дверь вбежала герцогиня:
– Нет, нет, милая, детка, всё хорошо! Смотри! Всё чудесно! Вот! Скорее же, – поторапливала она пожилую няню войти с младенцем на руках.
Миранда уставилась на ребёночка, как на неземное чудо, и радовалась, что жив, не веря глазам в подобное счастье. Младенца положили ей на грудь и укрыли одеялом...
– Доченька у вас, – улыбалась герцогиня, нежно погладив Миранду по мокрым от слёз щекам. – Ну же... Всё хорошо теперь будет.
– Я не помню... ничего, что... после, – плакала та и затаила дыхание, уставившись на хрупкое создание в своих объятиях.
– Ты и не можешь помнить. Ты была в бессознании, когда мы вбежали на кухню в эту проклятую таверну. Мой супруг позаботится, чтобы твоего отца как следует наказали, – серьёзно сказала герцогиня и погладила тихо посапывающего ребёнка.
Миранда смотрела на дочурку. Она ласково разглядывала её, целовала и сразу чувствовала любовь. Ту самую любовь, которая расцвела, словно вечные цветы, и будет радовать всю жизнь. На душе стало легче, светлее. Казалось, вся боль, что была до этого, осталась в кошмарном сне...
– Спасибо, что спасли нас, – взглянула Миранда на нежно улыбающуюся герцогиню:
– Что ты, детка... Да знали бы, какой изверг отец твой, не пустили бы! Когда мы прибежали на крики, а слышно было даже на улице, так мой супруг сразу откинул твоего отца в сторону. Забрали мы тебя. Привезли сюда, к нам, а тут и доктор осмотрел. Кровотечение было у тебя. Ты в полубреду рожала.
– Не помнится даже, – поражалась Миранда, но была счастлива, что всё это произошло, что не видела, не слышала больше отца.
– Мы очень боялись за тебя и ребёночка, – кивала герцогиня. – И даже не знаю... Может быть, пока не вернётся Грегор, не стоит ходить тебе к родным. Может, никогда не стоит.
– Я не вернусь туда больше. Теперь я убедилась, что не стоило, что не изменится ничего, – вымолвила Миранда, любуясь спящей дочерью...
48
Глава 48
Дядя Грегора быстро уладил все свои дела, чтобы вернуться вновь в Англию, где пока проживал с детьми и супругой. Договорившись с навестившим их братом супруги, чтобы присмотрел за домом, он вошёл в гостиную, где ожидала любимая и Миранда с малышкой на руках.
Тот день был для них более радостным. Пробыв в Голландии несколько недель, вместо одной, они больше оставаться здесь не желали. Миранда чувствовала себя на удивление лучше и лучше. Ребёнку ничто не угрожало.
Когда вновь прибыли в порт, чтобы на первом корабле отправиться в Англию, Миранда невольно оглянулась на родной дом. Оттуда, будто ждала внимания, сразу вышла её мать. Она сложила руки на груди и молча, гордо смотрела...
– Идём, детка? – обняла Миранду за плечи герцогиня.
– Как бы я хотела, чтобы моя мама была, как вы, – молвила задумчиво та, явно жалея, что родилась не у таких людей.
– Знаю, милая, – ласково говорила герцогиня. – И знаю ещё вот что... Замечательной матерью станешь и ты.
Миранда прижала дочурку к груди. Да, она знала, что будет именно такой матерью для неё: любящей, доброй, всегда во всём поддерживающей. Она уверенно ступила в лодку, и та вскоре увозила её вновь к ожидающему кораблю, прочь от родных мест, от боли и тяжёлых воспоминаний.
Мать же смотрела на Миранду и когда на улицу вышла Колетт. Та встала рядом и взглянула туда же...
– Что, хозяйка, она всё же уехала?
– Ты всё приготовила? – с высока вопросила та.
– Да, да, – достала та из кармана конверт. – Сейчас же отправлю. Будем надеяться, что он ещё там обитает.
– Смотри, подведёшь, худо будет, – усмехнулась хозяйка и вернулась в таверну.
– Мы ещё поглядим, кому будет хуже, – тихо пролепетала Колетт.
Она уверенным шагом отправилась скорее на соседнюю улицу, где располагалась почта и отправила письмо.
– Что ж, – с победной улыбкой глубоко вздохнула она, когда вновь вернулась на улицу.
Она шла, не сдерживая разгорающегося в душе счастья и предчувствия успеха в жизни, и... неудержимо нашёптывала:
– Грегор будет мой. Богат, знатен... Как я такое упустила? Ну ничего. Всё впереди. Теперь дело за малым... Найти ухажёра Миранде, а там её прогонят все, и Грегор в том числе. Он сам не чист. Поди, уже не с одной расслабился. Но и это пустяк. Такая жизнь впереди! Надо же... Грегор богат... Богат...
Она с величественным видом вошла в таверну и тут же прошла без стука в кабинет к хозяину.