- Мне лишь одна нужна душа – твоя, - сознался он.
- Мою ты душу не получишь! – Летиция мотнула головой, нетуго заплетённая коса на грудь упала, закрытую косынкой. – Я лучше Дьяволу её отдам!
- Да где тот Дьявол торг ведёт? – вздохнул устало инквизитор. – Я тоже продал душу бы ему, чтобы тебя освободить.
- Ты сам меня приговорил! – напомнила она.
- Я никогда ещё так не сворачивал допрос! – с горячностью он возразил. – Тебя ведь пронесло словами, как после слив обжору! Позволив тебе дальше хулу на церковь лить, пришлось бы перед костром тебе язык отрезать! Правила такие!
- Кальвадос был бы рад! – с усмешкою заметила она.
- И эта, будь она неладна, - добавил Д,Яблос, - комиссия из Каталонии! А так, хоть до костра не покалечат!
- Ох, камень спал с души! – Летиция расхохоталась. К ней острословие вернулось, что всегда спасало в минуты самых тяжких испытаний. – А что костёр...
- Да даст Господь, управлю всё с костром! Ты только не мешай мне! – попросил он. – И ничему не удивляйся! Обещаешь?
- Не собираюсь я с тобой, – ответила она сердито, - ни в чём сговариваться! Я тебе не верю!
- Какая ты слепая! – С улыбкой, полной нежной грусти, он на неё смотрел. – Хоть бы подумала, а мне-то каково после признанья твоего!
- О, да! – Летиция кивнула понимающе. – Весь истерзался, бедненький, боишься жареное мясо есть и на огонь лампады смотреть не можешь! Тебе же на костре гореть, не мне! Давай, иди уже отсюда! – потребовала. – Ты до смерти мне надоел, обманщик!
- Что стоило тебе покаяться, упрямая коза? – вздохнул он тяжело. – Подумаешь, слова, в душе-то знаешь правду! Я испросил бы для тебя помилования у кардинала! Нет ведь, бараном лезла на рожон! Разве такую крепкую систему возможно в одиночку поломать?
- Я на тебя надеялась! – Летиция печально улыбнулась. – Подумала, что умный ты, что тоже дышать не можешь в елейном киселе церковных догм! Что мне побег устроишь, а потом и сам сбежишь из этих стен проклятых!
- Куда бежать, Летиция? – аж взвыл в бессилии великий инквизитор. – Повсюду мои любезные коллеги, из-под земли достанут и за решётку упекут! Разве в Америку, так надо денег сколько, чтоб капитану заплатить! К тому же, её откроют только через года два!
- А ты откуда знаешь?
- Да в прошлом месяце допрашивали нехристя, географа Колумба! Он так нам заморочил головы, тебе не снилось! Сказал... сидишь? Ты только не вставай! Что круглая Земля! И вокруг Солнца...
- Ух ты! – Летиция захлопала в ладоши. – А знаешь, я тоже думала об этом!
- Кто бы сомневался! И что, короче, на другом конце Земли земля есть тоже! Целый континент! Америка!
- Поехали туда!
- Да сам хочу, - кивнул согласно инквизитор, - но, во-первых, мне отпуска никто не даст, а во-вторых, Колумб пока ещё корабль построит, пока команду наберёт. Он сам сказал, что год уйдёт на подготовку, да путешествие само: пока туда, пока обратно...
- Так, погоди! – С недоумением она смотрела. – Вы что же, не сожгли его за ересь этакую?
- Хотели сжечь, но кардинал испанский велел нам погодить, поскольку, когда Колумб Америку откроет, то много всякого добра оттуда привезёт. А если не откроёт, тогда сожжём. Он же вернётся, в море жить не будет.
- Ловко! – восхитилась Летиция. – Эх, мне б в Америку!
- Ох, и не говори, душа моя! Однако, я с тобою заболтался, - Великий спохватился, - сейчас охранники из кабака придут и спалят тут меня... Ну, то есть, не огнём, - поправился, - а догадаются, что я с тобой не богословские веду беседы. Пойду. - Он встал. - Зайду ещё, когда совсем стемнеет. - Он подошёл к двери, открыл замок. - Ах, да, чуть не забыл! – Опомнился, по лбу себя ладонью хлопнул, обратно в камеру шагнул к Летиции и, прежде чем она успела сообразить, чего он хочет, быстро наклонился, дотронулся губами до щеки её, виска, волос, махнул рукою и за дверью скрылся.
- Святая Дева, - простонала узница, прижав к горящему лицу ладони и слушая, как проворачивается ключ в замке, - великий инквизитор спятил! – Она в окно взглянула, определила по солнцу время. – Куда он заспешил? Чего наговорил? Что всё с костром управит? С душой своей бы разобрался для начала! Ещё и целовать меня полез, бесстыжий лицемер!
- Эй, женщина! – позвал из камеры напротив узник. – Зачем Верховный приходил?
- Нудел, чтобы покаялась, - ответила Летиция.
- А ты?
- Бегу, задравши юбки!
- Не баба, а скала! – Другая рожа, с клеймом разбойника на лбу, в окошке показалась.
– Спой песню! – третий заключённый попросил.
- Я вам сейчас спою по рёбрам палкой! – Во двор, пошатываясь, выступил охранник. Хоть и хлебнул изрядно и захватил ещё с собой, а на чуть-чуть не подобрел. – Чтоб тихо мне сидели!
- Пёс цепной! – ругнулась на него Летиция.
- Покаркай ещё, ведьма! – Он показал кулак ей и потопал вдоль стены, покачиваясь, будто не по твёрдой шагал земле, а по висячему мосту.
Разбойник в решётку просунул руку, выставил большой и заскорузлый палец. Другой послал воздушный поцелуй, а третий сделал жест, как будто сердце вынимает из груди и ей в окно бросает.
- Я, парни, в ночь перед костром устрою вам такое представленье! - Летиция пообещала, от оконца отошла, достала из корзины пирожок с яйцом и села вечерять.