— Подумайте, подумайте, — подбодрил его доктор. — Мисс Поттс будет рада вашему участию.
Стив тяжело вздохнул и какое-то время молча пил чай, собираясь с мыслями.
— Неужели она правда может быть рада общению с нами? — горько спросил он наконец. — После того, что мы сделали с её семьёй?
Стрэндж глянул на него, удивлённо подняв одну бровь, затем проговорил:
— По-моему, ей хватает мужества смотреть на вещи более глобально. Иначе бы, наверное, она не смогла жить с таким человеком, как Старк.
— Но ведь вы знали, что всё так произойдёт. Вы это предвидели и даже сказали ему. Она мне рассказала. Как вы справляетесь с этим? Не может же быть такого, что всё просто предопределено и каждый наш шаг расписан? Наши действия должны влиять на будущее, и то, что вы сказали Старку на Титане, должно было изменить ход времени? Или как это вообще работает?
В тоне Стива не было возмущения или осуждения. Он честно хотел получить ответы, поскольку лично его мучили сомнения, и ему очень нужно было услышать совет от того, кому приходилось принимать куда более сложные решения и отвечать за них.
— Ох, мистер Роджерс, — ухмыльнулся Стрэндж. — Непростые вопросы вы задаёте, и конечно, на них не существует простого ответа. Даже я не знаю всего. Но я постараюсь объяснить некоторые моменты. Верны оба ваши предположения. Да, во многом, но не всём, будущее возможно предвидеть. И да, каждый наш шаг влияет на будущее. Но всё дело в том, что чаще всего эти шаги влияют совсем не так серьёзно и масштабно, как хотелось бы. Все эти истории про взмах крыльев бабочки, изменивший весь ход истории… В очень редких случаях, конечно, и такое бывает, но чаще всего это так не работает. В глобальном смысле всё происходит так, как должно было произойти, а какие-то мелкие изменения не играют существенной роли и всё равно приводят к итоговому результату. В противном случае всё ваше маленькое приключение в прошлом было бы фатальным и подвергло всех ещё большей опасности, чем до этого.
— Вы про хрононалёт или моё…
— И то, и другое. Вы ведь здорово наследили, путешествуя в прошлом, вы общались со многими важными людьми раскрывали им какие-то вещи. Несомненно, вы кое-что поменяли. Но эти изменения всё равно компенсировали друг друга, и глобально результат оставался примерно одинаковым. Ну, например, совершенно не важно, где Джеймс Барнс взял мотоцикл, на котором гнался за Старками: честно арендовал сам, или его сначала арендовали вы, а потом он его у вас украл.
Чародей выразительно посмотрел на Стива. Тот старался не обращать внимание на бегающие по спине мурашки, а просто поактивнее соображать.
— И такая логика на всё распространяется? — спросил он. — Отклонил чуть-чуть цепочку событий, а она потом взяла и вернулась примерно туда же, откуда начали?
— В основном да, — вальяжно подтвердил Стрэндж.
— Именно поэтому всё важные моменты истории можно предвидеть?
— Да.
— Но Древняя говорила, что не предвидела, что вы отдадите Камень Времени Таносу.
Чародей подобрался и посерьёзнел.
— А вот тут мы вступаем на зыбкую почву догадок и предположений. Предвидеть можно, но не всё. Иногда всё-таки удаётся совершить то, что невозможно предсказать и что действительно может многое изменить. Возвыситься, так сказать, над законами времени. Тем самым просчитать подобный поступок при помощи законов времени становится невозможно. Это сложно, очень сложно. Я на подобное решился, только когда заглянул в возможные варианты будущего и понял, что иначе нас всех ждёт конец. Поверьте, это действительно немыслимо для Хранителя — отдать Камень врагу. Но в этом был наш единственный шанс.
— То есть, ваш комментарий о том, что есть единственный шанс победить, касался Камня, а не жизни Старка? — удивлённо уточнил Стив.
— В основном да, — снова ответил Стрэндж. — Я предпочитаю отвечать лишь за свои действия. Хотя, конечно, я пытался смотреть чуть подробнее и понять, как так может получиться, и я видел, что мистер Старк сыграет важную роль в финальном раунде битвы, сделает его возможным. Так, собственно, и получилось, ведь именно он сделал возможным путешествие во времени. То есть, я не был точно уверен, но подозревал, что нужно отдать Камень именно ради спасения его жизни.
— А его Щелчок?
— Я не видел ничего подобного.
— Серьёзно?
— Абсолютно. Я тогда думал, что всё кончено, что у нас был слишком маленький шанс на победу, и мы его стремительно упускаем. Как вдруг он пошёл на это… Нет, я такого никак не мог ожидать. Подозреваю, мистер Роджерс, его поступок — это как раз тот случай, когда он взял ход истории под свой контроль, сделал всё по-своему. Он заплатил страшную цену, но ведь ему действительно удалось максимально эффективно прекратить войну. Так что не считайте его, пожалуйста, жертвенной овечкой, отправленной на растерзание злого рока. Он понимал, что надо делать, и причём получше, чем мы с вами. Он сильно изменил наше будущее, и теперь за это будущее в ответе мы. Именно поэтому я прошу вас не прятаться, не страдать в одиночестве, а послужить, так сказать, полезному делу.
— Непременно, сэр… — ответил Стив, пытаясь уложить в голове то, что услышал.
========== Эпилог ==========
За свою долгую жизнь Стив столкнулся со множеством самых необычных вызовов, которые бросала ему судьба. Когда-то он даже примерно не мог предположить, что такое вообще бывает, и уж тем более, что всё это может выпасть на долю одного человека. Вокруг него происходило столько всего необычного, что он даже уже перестал сильно удивляться чему-либо и действительно скучал по тем временам, когда самым большим чудом был он сам.
Основная сложность была не в том, чтобы привыкнуть к чудесам и смириться с их существованием. Сложнее всего было научиться ориентироваться в этом быстро меняющемся мире, понять, где правда, а где ложь, разобраться, как поступать правильно. Когда он был совсем молодым, это ему легко удавалось, но XXI век научил его, что всё совсем не так просто, как могло показаться на первый взгляд. Но приходилось как-то разбираться, принимать решения и брать за них ответственность. Даже после того, как он перестал быть Капитаном Америка, неординарные вещи всё равно продолжали с ним происходить.
Стив смотрел на класс, сидящий перед ним, и думал, станет ли это последним испытанием в его жизни, или судьба выдумает что-нибудь ещё. Он никогда даже представить себе не мог, что будет чьим-то учителем. Да, он воспитал своих детей и внуков, но с ними всё было совсем иначе. Да, он снимался в каких-то роликах для школьников, но там были только камера и сценарий, ни с кем не приходилось общаться. А теперь он стоял перед классом, полным талантливых подростков, некоторые из которых обладали суперспособностями, и ему предстояло их чему-то научить.
Самое сложное в данной ситуации было вовсе не то, что перед ним сидели дети. Самое сложное было в том, что он больше не был Капитаном Америка. Его никто не знал, никто им не восхищался, у него уже не осталось суперсилы. А он никогда ещё не общался с публикой, не являясь при этом «символом нации». До проекта «Перерождение» о публичных выступлениях было смешно даже думать. После возвращения в прошлое он целенаправленно избегал публичности и внимания к своей персоне. Так что сейчас ему предстояло завоевать внимание и авторитет у аудитории как Джеймс Стивенсон, никому неизвестный дряхлый старик.
Но Стиву это очень нравилось. Ему столько говорили, что его выбрали для программы «суперсолдат» за личные качества, которые всегда в нём были, но в дальнейшем у него не было шанса проверить, чего он стоит без своих суперсил. Теперь же такой шанс у него появился.
Начали они урок весьма неплохо. Стив долго готовился, составлял план для своих занятий, старался согласовать его с программой по другим предметам. Класс внимательно слушал вводную организационную часть, делал пометки, ребята задавали толковые вопросы и участливо отвечали, если он что-то у них спрашивал. Но было видно, что они хотят понять, что представляет из себя их новый учитель, несколько больше, чем демонстрируют. За вежливой доброжелательностью скрывалось ещё и настороженное любопытство.