— Это слишком сильно сказано. Тебе лучше повидаться с дядей Адрианом.
— Я уже пытался его искать, но никто не знает или не хочет говорить, где он сейчас.
— Чем же мне помочь тебе?.. Впрочем, есть идея.
По-прежнему неторопливо шагая и беседуя, они вышли из галереи Лафайет и направились к станции метро «Гавр-Комартен». Там была жуткая духота, и они с облегчением вышли на воздух на площади Этуаль и пешком дошли до Елисейских полей.
— Хорошо, что ты все еще прилично одет.
— Папа постарался обновить мой гардероб.
— Есть шанс вписаться в круг друзей Лауры.
В этот летний красивый предзакатный час парижане и оккупанты прохлаждались на террасах кафе, от лени даже не замечая друг друга.
Пьеро и Леа зашли в «Пам-пам». В подвальном помещении музыкального бара около двух десятков парней и девушек с затуманенными глазами окружили пианиста, прищелкивая в такт музыке пальцами и притопывая ногами. Леа и Пьеро терпеливо дождались конца пьесы, затем подошли к небольшой группе молодых людей.
— Леа, ты? Здесь? Это надо спрыснуть! — сказал, целуя ее в щеку, смазливый мальчик, едва вышедший из подросткового возраста.
— Привет, Роже. Как дела? Лауру не видел?
— Зачем я тебе? — раздался голос со скрытого в полутьме диванчика, который молодежь называла «уголком влюбленных».
Лаура появилась оттуда с размазанной около губ помадой.
— На, вытрись, — сказала сестра, протягивая ей носовой платок.
— Спасибо.
— А теперь посмотри, кто со мной.
— Пьеро! — воскликнула Лаура, подбегая к кузену.
Тот смотрел на нее с таким недоумением, что невольно рассмешил девушек.
— Лаура?..
— Ну, конечно, я.
— Я тебя совсем не узнал, — вымолвил Пьеро, чмокнув кузину в щеку.
Леа оттащила сестру в сторону и объяснила ей ситуацию.
— Дядюшка Люк, должно быть, будет взбешен, — заметила та, прыская от смеха.
— Ты хоть поняла, что должна делать? Вы все около восьми появитесь обычной шумной компанией на Университетской улице. Если даже дом под наблюдением, то на вас они не обратят никакого внимания. А я вернусь домой прямо сейчас, чтобы предупредить Альбертину и посмотреть, все ли в порядке. Если что не так, оставлю большое окно в прихожей открытым, это будет означать — поворачивайте обратно.
— …И тогда я иду к Роже. Все ясно.
Все прошло благополучно. Камилле удалось достать поддельные документы на имя студента из Либурна Филиппа Дорье. Пьеро нужно будет теперь добраться до Пуатье, где его задействуют в подпольной региональной сети. Встреча со связным подпольщиков была назначена у входа в Нотр-Дам. Паролем была фраза: «Вы не знаете, где находится церковь Сен-Радегонд?», на что Пьеро должен был ответить: «Нет, я знаю лишь где Сент-Илер».
Вот уже четвертый раз за одну неделю парижан будили звуки сирен, и они были вынуждены искать спасения в подвалах и метро. Леа надоело бегать каждый раз в укрытие, и она отказалась покидать комнату, несмотря на неоднократные предупреждения по радио и в газетах о фактах трагедий, когда люди, не спустившиеся в бомбоубежище, погибали.
Было очень душно. Грозовая туча, которая висела над городом целый день, так и не разразившись дождем, ушла. Леа уселась на подоконник, равнодушно следя глазами за лучами прожекторов, шаривших по небу в поисках самолетов, глухой гул которых был уже слышен. Леа вдруг стали ненавистны высотные дома, скрывавшие от нее горизонт, — не потому, что они лишали ее зрелища, а потому, что, подобно тюремным стенам, сжимали жизненное пространство.
— Задыхаюсь, — прошептала она.
Она вспомнила просторы Монтийяка, бескрайнее море, покой ночей, сильный запах нагретой солнцем земли, перед тем как несколько первых дождевых капель постепенно начинают освобождать ароматы трав. Леа мечтательно закрыла глаза…
Через три дня она села в поезд «Париж — Бордо». Еще через неделю ее примеру последовала Камилла с Шарлем.
21
Стояла ужасная жара. Каждый день, когда солнце начинало клониться к закату, Камилла и Леа, укрывшись от его лучей широкими полями соломенных шляп, брали велосипеды и ехали купаться на Гаронну. Обычно они располагались на том отрезке берега, что был напротив Лангона. Шарля тоже брали с собой. Он спокойно сидел в плетеном сиденьице позади «тети Леа». Камилла везла корзинку с провизией, бутылку охлажденного лимонада, салфетки и книги.
Обе молодые женщины неплохо плавали и любили устраивать соревнование: кто быстрее доплывет до другого берега. Не раз они усложняли игру: нужно было достать со дна гальку, как можно дольше пробыть под водой или доплыть до опоры моста, где течение было особенно сильным, и обратно. В плавании наперегонки всегда побеждала Леа, но под водой дольше выдерживала Камилла. Шарль плавал по-собачьи. Вытащить его из воды было невозможно…