— Реджинальд, то, что ты только что совершил, это не магия, — с теплой улыбкой произнес целитель. — Это Дар.
Он взял дрожащую руку Реджинальда и мягко, но настойчиво разжал его пальцы, обнажив ладонь.
— Смотри, сила пришла отсюда, — он провел пальцем по центру его ладони.
К ним подошел другой целитель, а также сэр Витольд.
— За всю свою жизнь я читал о таком даре лишь в древних хрониках, — сообщил второй целитель. — Прикосновение исцеления. Люди с таким даром могут заживить плоть и убедить душу остаться одной лишь силой своей воли. Это величайший дар, ваше величество.
Реджинальд растерянно посмотрел на целителей, а затем перевел взгляд на сэра Витольда.
— Это благословение, мой мальчик, — заявил тот. —Прими этот дар. Сегодня ты показал себя настоящим королем, — с теплотой в голосе проговорил старец. — Я был восхищен твоим мужеством и решительностью! Сегодня ты спас Гризельде жизнь. И я уверен, что даже если бы ты не обладал даром Исцеления, то ты бы все равно вернул ее к жизни!
Реджинальд ничего на это не ответил. Он лишь слегка улыбнулся сэру Витольду и молча зашагал прочь. Он хотел остаться в полном одиночестве, чтобы осмыслить произошедшее.
***
— Я чувствую себя такой же здоровой, как и всегда, — сказала Гризельда, пытаясь подняться с постели. — Моя рана исцелена и нет причины держать меня в лазарете.
Но Витольд непреклонно покачал головой.
— До завтрашнего дня ты останешься здесь, Гризельда. Тебе следует хорошо отдохнуть и прийти в себя. Мы едва не потеряли тебя сегодня, ты чудом осталась жива.
Гризельда слабо улыбнулась старому советнику.
— Теперь опасность позади, — прошептала она.
— Нет, опасность существует по-прежнему. Я никогда не думал, что у тебя есть враги. Знаешь ли ты, кто мог желать тебе зла?
Гризельда тут же вспомнила свой разговор с Калтанаром — младшим сыном Верховного Вельможи Спрайтдайна — Багомиуса. Она снова увидела перед собой его глаза, которые выражали бесконечную ненависть и презрение, она вновь услышала его голос, в котором звучала нескрываемая угроза и черная зависть. Гризельда не сомневалась, что именно он, или же кто-то другой, действовавший по его приказу, поджег дом и спустил стрелу с тетивы. Однако мысли эти она оставила в тайнике своей души. В ответ на вопрос она лишь отрицательно покачала головой и неопределенно развела руками.
— Мы выясним это, — пообещал сэр Витольд и покинул лазарет, одолеваемый глубокими переживаниями.
— Это был эльф, — услышал он чуть позже от Реджинальда. — Лесной эльф. И с ним еще был его приятель. Им обоим удалось от меня скрыться. Но правосудие должно восторжествовать, поэтому я немедленно выезжаю в Спрайтдайн.
Витольд не стал возражать против его решения, которое он тоже счел разумным. Без лишних расспросов старый советник последовал за королем.
Глава 50. Разборки в Спрайтдайне
Глава 50 «Разборки в Спрайтдайне»
Верховный эльф Спрайтдайна был искренне удивлен, когда ему сообщили о прибытии короля Аверилла и его советника. Выйдя поприветствовать нежданных гостей, он встретился с холодным и проницательным взглядом Реджинальда и неловко бегающими глазами старого мага. Эльф сразу почувствовал исходившее от них напряжение. Вежливо поклонившись, он спросил тоном самой изысканной учтивости:
— Что привело вас в Спрайтдайн?
— Да будет вам известно, что одним из ваших сородичей была совершена пытка убийства, — произнес Реджинальд, тщательно подбирая слова.
— Убийства? — повторил эльф, сдвигая тонкие белесые брови. — Вы, верно, шутите. Ни один эльф из Спрайтдайна никогда бы не осмелился совершить убийства. Наша раса всегда жила в мире со всеми остальными расами. Лишь на темных поднялась бы рука эльфа, ибо темные извечные наши враги, но сейчас раса их исчезла.
— Но о темных эльфах и идет речь, — отрезал Реджинальд, с недоверием оглядывая лесного эльфа. — Не все они исчезли, как вы сказали. Я имею в виду Гризельду — Хранительницу Доброго леса. Ее жизнь подверглась опасности, и у меня есть все основания полагать, что в этом повинен лесной эльф.
— Мне весьма прискорбно слышать такую весть, — трагическим тоном произнес Багомиус. — И я смею заверить вас в том, что я ни в коей мере не причастен к этому несчастии. Я не стану скрывать, что раньше я весьма недоброжелательно относился к Гризельде, но мои помыслы перед ней чисты. Я уже давно смирился с тем, что Гэрриленд передал свой благородный пост темному эльфу.