— Простите, Майрана, но мой долг — восстановить справедливость. Расскажите мне об этом человеке, это мой приказ, — твердо произнес Реджинальд.
— Я не смею ослушаться вашего приказа, — прошептала Майрана смиренно. — Но знайте, что вы обрекаете меня на верную смерть. Тот человек пришел ко мне на прошлой неделе и пообещал излечить мою сестру от этой страшной болезни, если я услужу ему. Я не могла отказаться, вы сами видели, в каком безжизненном состоянии находится Джертред. Он вручил мне рецепт зелий, которые я должна была для него заготовить. Поэтому люди часто видели меня на кладбище, я собирала там необходимые ингредиенты.
— Что за ингредиенты? — спросила Гризельда.
Майрана открыла рот, чтобы ответить, но не успела этого сделать. Все ее тело вдруг охватило яркое бушующее пламя, и она сгорела заживо лишь за несколько мгновений.
Реджинальд и Гризельда застыли на месте, слишком пораженные увиденным зрелищем. Из оцепенения их вывел дикий крик Джертред. Девочка зашлась безумным воплем, глядя на горстку пепла, которая совсем недавно была ее заботливой сестрой.
— На нее было наложено Заклятие Молчания, — прошептала Гризельда. — Вот почему она твердила, что признание обречет на погибель.
— Я этого не знал, — растерянно проговорил Реджинальд, отворачиваясь.
— Вы убили ее! — в неистовстве закричала Джертред.
Реджинальд поднял на нее глаза и вдруг почувствовал, как чувство вины тяжкой ношей навалилось на плечи.
— Я попытаюсь успокоить, — тихо сказала Гризельда и бросилась к девочке.
Она обняла ее за хрупкие плечи и зашептала ей какие-то утешительные слова. Но Джертред рыдала в полный голос; она была безутешна.
Не в силах вынести горьких всхлипов, Реджинальд вышел на крыльцо, но тут же зашел обратно, потому что перед домом вновь собралась любопытная толпа. Люди слышали доносившиеся из дома вопли и не могли понять, что в действительности там происходило.
Реджинальд приблизился к Джертред, но при виде его она нервно замахала руками и отвернулась, уткнувшись мокрым от слез лицом в плечо Гризельды.
— Послушай меня, Джертред, — тихо обратился он к девочке. — Мне искренне жаль, что все так вышло. Я и не предполагал, что дело может принять такой печальный оборот. Пожалуйста, посмотри на меня.
Джертред очень неохотно отстранилась от Гризельды и взглянула на Реджинальда раскрасневшимися глазами.
— Вы — король, но я вас ненавижу, — прошептала она сквозь зубы.
— Ты имеешь право на любые чувства по отношению ко королю, — строго заявила Гризельда. — Но ты должна понять, что он ни коим образом не желал смерти твоей сестре. Она связалась с какими-то опасными темными силами и не подумала о последствиях.
— Это вы вынудили ее во всем сознаться, — отрезала Джертред, заливаясь слезами. — У Майраны всегда была добрая душа. Я не догадывалась, что она заключила с кем-то сделку, и узнала об этом только сейчас. Она сделала это из-за меня. — Вдруг ее лицо исказилось мучительной гримасой. — Выходит, это я всему виной. Если бы не я, Майрана сейчас была бы жива. Наверное, виноваты вовсе не вы, а я. Это я погубила ее жизнь!
Реджинальд поразился внезапной перемене хода мыслей. Теперь виновницей этого несчастия она считала себя, но Реджинальду нисколько не было от этого легче.
— Джертред, в этом никто не виноват, а особенно ты, — сказал он.
— Она все делала для меня, забывала обо всем, кроме меня и даже пожертвовала своей жизнью ради меня. Бедная Майрана…. Я этого не заслуживаю!..
И девочка опять безудержно расплакалась. Гризельда оставила ее наедине со своим горем и подошла к столу, на котором стоял небольшой котел. Она заглянула в него, надеясь обнаружить зелье, но котел был совершенно пуст. Затем ее взгляд упал на свиток пергамента, перевязанный лентой. Эльфийка быстро развернула его и поняла, что держит в руках рецепт зелья.
— Я нашла рецепт! — в тот же миг воскликнула она.
Но когда она вновь опустила глаза, то взгляд ее наткнулся на чистый лист. Все буквы бесследно исчезли с пергамента, будто впитавшись в него.