– Мой король, – обратился он к нему слабым голосом. – Мне было видение. Я видел врага и последовательность трагедий, которые он начнет.
– Мы знали, что такой день однажды настанет, – печально проговорил сэр Витольд. – Какой исход битвы ты видел, Аскан?
– Исхода ее я не видел.
– Мы должны воспользоваться хрустальным шаром, – распорядился советник после долгих размышлений. – Мы должны увидеть то, что видел Аскан. Давайте немедленно пройдем в Зал Совета.
Ошеломленный пророчеством и немного сбитый с толку, Реджинальд молча последовал за Мудрейшими.
Когда все Мудрейшие расселись по своим местам, сэр Витольд достал из-под стола волшебный хрустальный шар и бережно поставил его на середину стола. Никогда прежде Реджинальд не видел этого магического предмета. Никто почему-то не удосужился показать ему его. Он уселся в свое кресло и внимательно посмотрел на шар, с интересом заглядывая в его бездонную глубину.
– Приступай, Аскан, – мягко попросил Витольд.
И тогда Аскан протянул руки к хрустальному шару и накрыл его гладкую поверхность своими ладонями.
– Что он делает? – тихо поинтересовался Реджинальд у своего советника, сидящего рядом и неотрывно наблюдающего за действиями ясновидящего.
– Аскан попытается вложить посетившие его видения в глубины этого шара. Тогда и мы сможем узреть истинный смысл пророчества, – ответил Витольд.
Реджинальд перевел взгляд на волшебный шар и увидел, что тот ожил под пальцами пророка Аскана, распространяя вокруг себя яркий свет. Старец зажмурил глаза, силясь сосредоточиться, а потом направил мысли, с трудом собранные воедино, в хрустальную грань. И тогда туман, завивавшийся внутри магического шара, уступил место медленно сменяющим друг друга картинам. Реджинальд затаил дыхание и подался вперед, напряженно вглядываясь в эти жуткие видения будущего. Все пронеслось очень быстро, он даже не успел ничего понять. Но навсегда в его памяти останутся леденящие душу страшные, нечеловеческие глаза, глядевшие на него из шара. Глаза Вальдемара. Глаза его врага.
В этих видениях промелькнул и сам Реджинальд. Неужели сэр Витольд был прав, когда говорил, что ему, Реджинальду, предстоит один на один биться со своим дядей?
В Зале Совета воцарилось тягостное молчание, которое никто не смел нарушить. Лица у всех были мрачны и неподвижны; в глазах застыл испуг. Наконец, эту тишину оборвал Реджинальд. Обращаясь к пророку, он спросил:
– Всегда ли сбывались ваши пророчества?
– У меня было множество пророчеств. Одни из них осуществлялись, другие – нет. Но еще ни разу в жизни не посещало меня видение, равное по силе и мощи сегодняшнему. Это отнюдь не благостное предсказание, но я уверяю вас, что оно точное. Я это чувствую.
– А я – нет, – вдруг отрезал Реджинальд. – Сейчас недосуг думать об этом. Вполне возможно, что все это неправда. А если же все предсказанное должно однажды произойти, то оно произойдет. Судьбу все равно не изменить, поэтому я не хочу обсуждать это вероятное будущее.
– Да, все произойдет в свое время, – согласился Аскан. – И все будет так, как и должно быть.
– Так значит, совет окончен? – осторожно спросил сэр Диаморн.
В ответ Реджинальд кивнул, и Мудрейшие стали потихоньку расходиться. Сам же Реджинальд, похоже, никуда уходить не собирался. Он продолжал сидеть за столом, задумчиво глядя на хрустальный шар.
– Скверная вышла затея, – услышал он голос сэра Витольда, который вновь уселся возле короля. – Не стоило нам, наверное, заглядывать в будущее. Это лишь омрачило наши мысли и повергло нас в преждевременный страх.
Реджинальд ничего ему на это не ответил. Сейчас он думал совершенно о другом.
– Реджинальд, я чувствую, что ты далек от меня. Чем заняты твои мысли?
– Почему я раньше ничего не знал об этом шаре? Ведь можно увидеть в нем все, что пожелаешь?
– Я догадываюсь, о чем ты думаешь, вернее, о ком. Тебя гнетет разлука с матерью и невестой. Но этот шар не поможет тебе унять боль, он, наоборот, разожжет ее и превратит в настоящее пламя. Пожалуй, я лучше поскорее спрячу его с твоих глаз.