Он протянул ей свою руку в потертой перчатке, и она осторожно пожала ее.
— Ты тоже. Знаешь, я никогда не видела лесных эльфов. Мне рассказывали, что вы нас люто ненавидите.
— Лично тебя ненавидеть у меня причин пока нет. Ну хотя… — он вдруг сощурил глаза, внимательно вглядываясь в девочку. — Вдруг ты сейчас притворяешься милой и пушистой, чтобы усыпить мою бдительность, а потом убить.
— Я не притворяюсь! — с горячностью воскликнула Гризельда. — Я вообще не терплю неразумного кровопролития.
— Хочу тебе верить, — он улыбнулся, заставив себя расслабиться, а затем вновь принялся вглядываться в ее лицо. — Можно я потрогаю твою кожу?
— Зачем? — удивилась она.
— Некоторые мои друзья считают, что ваша проклятая кожа оставляет черный след, если ее коснуться.
— Она не грязная, — обиженно произнесла Гризельда. — Это тебе не сажа, чтобы пачкаться. Можешь потрогать и убедиться, что я чистая.
Диффрин снял с руки перчатку, неуверенно коснулся ее щеки, а затем посмотрел на свои пальцы, убеждаясь, что на них ничего не отпечаталось.
— Вот видишь, это просто кожа.
— Прости, я не хотел тебя обидеть, — он выглядел смущенным, и даже не стал надевать перчатку обратно, а наоборот снял вторую и убрал ее в карман.
— Ладно, прощаю.
— Лучше скажи, ты умеешь лазать по деревьям?
— Нет, я даже деревьев никогда раньше не видела. Но я хотела бы научиться. Это сложно?
В ответ Диффрин протянул ей ладонь и загадочно улыбнулся. Гризельда взялась за его руку и в следующее мгновение поднялась вместе со своим новым знакомым на толстый ствол дерева.
— Очень высоко, — прошептала она, глядя на землю с высоты пяти футов.
— Для меня это пустячное расстояние. Бывает, что я целыми днями сижу среди сочной зеленой кроны и наблюдаю за тем, что происходит в лесу.
— А что там происходит?
— Если мы поднимемся повыше, ты сама сможешь это увидеть. Целая жизнь предстанет твоему взору!
Когда они забрались на верхушку огромного дерева, им открылся прекрасный вид: с высоты было видно все, что творилось вокруг.
— Посмотри, — Диффрин вдруг указал рукой куда-то в сторону. Его голос был напряжен и взволнован.
Гризельда повернула голову и увидела невдалеке темных и лесных эльфов, схватившихся в битве. Многие были уже убиты и лежали вокруг сражающихся.
— Что они делают?! — воскликнула Гризельда, глядя на них в невероятном ужасе. — Зачем они это делают?!
Она закрыла лицо руками и расплакалась. Диффрин посмотрел на нее с искренней жалостью и ободряюще похлопал по плечу. Всмотревшись в сражение, он понял, что из этой стычки лесные эльфы выйдут победителями, потому что отряд противников был немногочисленным. Он не стал говорить об этом Гризельде — бедняжка и так была вне себя от горя.
Вскоре они спустились на землю. Глаза Гризельды горели нехорошим красным огнем. Ее взгляд даже испугал Диффрина, все-таки она была из темных и ничто не сможет полностью изменить ее сущность, насколько бы добрым ни было сердце.
— Мы, как вода и огонь. Каждый из нас всем сердцем желает, чтобы в этой схватке победил его народ. Конечно, это правильно. Я думаю, что мы не должны быть здесь вместе, — сказала она.
— Я думал, что мы стали друзьями, — тихо произнес Диффрин.
— Мы не можем стать друзьями, пока наши народы враждуют.
— Нет, ты ошибаешься. Наша дружба возможна. Ни с кем мне не было так хорошо проводить время, как с тобой. Это правда.
Гризельда слабо улыбнулась. Диффрин очень ей понравился, но девочка сомневалась, что их случайное знакомство может превратиться в дружбу. Сейчас она хотела только одного — найти дорогу домой. Она молилась, чтобы в этой жестокой схватке победили темные эльфы, и тогда она вместе с ними смогла бы вернуться домой.
— Я хочу быть ближе к ним! — воскликнула Гризельда, поворачиваясь к Диффрину. — Только с их помощью я узнаю, где находится наш дом!
Она тут же рванулась с места в сторону поля боя.