— Уходи! — отчаянно закричала она сыну, пришедшему в самый неподходящий момент. — Беги прочь! Я не отвечаю за себя, Реджинальд!
Однако Реджинальд, вернее Вальдемар, ни шага не сделал к выходу. Наоборот, он с огромным интересом наблюдал за женщиной, и в голове у него начали наклеиваться мысли.
— Уходи! — вновь закричала Кантемира. — Сейчас начнется превращение!
Не успела она договорить фразу, как действительно стала видоизменяться: мышцы на лице исказились и задергались в жуткой боли, тело начало судорожно менять свою форму, покрываясь жесткой и длинной шерстью, человеческое сознание гасло, превращаясь в сознание голодного зверя.
Вальдемар с довольной улыбкой наблюдал за представившимся ему зрелищем. Наконец-то эта загадка была раскрыта, теперь он знал, почему леди Кантемира вынуждена сидеть взаперти.
Оборотень метнулся к Вальдемару, грозно рыча.
— Я отпускаю тебя на свободу! — крикнул черный маг и силой мысли широко распахнул двери. — Беги и убивай! Зверствуй!
Оборотень тут же отскочил и огромными прыжками бросился к выходу.
***
— Никому не двигаться! — скомандовал Витольд, когда оборотень выскочил в большой зал, где собралось сейчас множество людей.
— Кто это? — дрожащими губами прошептала Лавиния, стараясь оставаться неподвижной.
Хранители, застыв в своих креслах, с ужасом глядели на страшное существо, которое готово было растерзать их всех. Сэр Витольд медленно и с осторожностью двинулся к оборотню, глядя прямо в его горящие глаза.
Но тут оборотень отпрыгнул назад, нарушив зрительный контакт, и ринулся прочь. И никто теперь был не в силах остановить чудовище. Еще одно несчастье свалилось на голову старого советника. На вопросы удивленных Хранителей он отвечал уклончиво, не раскрывая, что под шкурой зверя скрывалась леди Кантемира.
К середине дня весь замок уже был наслышан про страшного оборотня. Люди поговаривали, что он каким-то образом прибыл из самой Аркейи; они вспоминали древние времена, когда их предкам пришлось покинуть родной край и спасаться от оборотней с помощью волшебного зеркала.
Люди всей душой ненавидели оборотней. Они объявили охоту на оборотня и не желали слушать сэра Витольда, который твердил, что нельзя допустить убийства оборотня. Но иногда он задавался вопросом: пощадили бы люди оборотня, узнай они, что в действительности это мать короля?
***
В то время, пока Витольд лихорадочно искал решение возникшей проблемы с оборотнем, Реджинальд столь же лихорадочно размышлял над тем, как осуществить побег.
Демоны, казалось, не нуждались ни в отдыхе, ни в пище — они продолжали неустанно и с упорством безумцев стеречь его, будто самый ценный дар. Воля их была непоколебима, сломить ее казалось невозможным. По приказу Вальдемара они не давали Реджинальду ни крошки хлеба, ни глотка воды. Однако этот приказ мог послужить шансом его спасения.
Реджинальду не составило особого труда притвориться вконец обессилевшим, ведь это было недалеко от истины. С самого утра он вел себя необычайно тихо, неподвижно лежал на скамье, тяжело дышал. Одним словом, делал все возможное, чтобы стражники сочли его больным. Наконец, он услышал вопрос, подтверждающий, что его притворство не прошло даром:
— Эй, что с тобой? — требовательно произнес демон, и в голосе сквозило некоторое беспокойство.
— Я умираю, — проговорил Реджинальд слабым голосом. — Я уже ничего не вижу перед собой.
Второй демон уставился на него с подозрительностью, а затем просто произнес:
— Он все лжет. Он не похож на умирающего. А ну, перестань прикидываться! Что у тебя на уме?
— Еще минута, и вы будете охранять мой холодный труп, — язвительно бросил Реджинальд и, отвернувшись к стене, затих.
— Надо бы позвать Хозяина, — пробормотал вскоре один из демонов, с беспокойством поглядывая на узника, который распластался на скамье, будто мертвый. — Как бы не помер он нам на беду, тогда Хозяин уж точно снесет головы с наших плеч!