— Эй ты, щенок! — выкрикнул другой стражник, обращаясь к Реджинальду. — Брось эту игру!
Но Реджинальд старался даже не дышать. Он надеялся, что уловка удастся, и он уже сегодня покинет ненавистную клетку.
Демон сильно зажмурил глаза, сосредоточился, а затем прошептал какие-то слова — судя по всему, он призывал Вальдемара. И вскоре воздух заволновался, затрещал, наполнился электрическими разрядами, и через несколько секунд в пещеру телепортировался черный маг. Он воззрился на демонов, призвавших его, ожидая от них объяснений. С испугом в глазах демоны указали на Реджинальда; тот за прошедший час совсем не переменил позы.
— Что такое? — раздраженно воскликнул Вальдемар. — Вы позвали меня только для того, чтобы показать, как он спит, глупцы?!
— Хозяин, — осторожно обратился к нему демон. — Он не шевелится уже долгое время, и мы даже боимся предположить, что он мертв.
Вальдемар внимательно вгляделся в Реджинальда, а потом коснулся рукой прутьев клетки и, прошептав короткое заклинание, снимающее магическую защиту с клетки, шагнул внутрь.
— Ты думал одурачить меня, мальчишка? — с издевкой произнес Вальдемар, приближаясь к Реджинальду. — Я же чувствую, что ты жив и здоров. Я слышу твое сдерживаемое дыхание и даже стук твоего сердца!
Реджинальд лежал, не шелохнувшись — он выжидал удобного момента. Миг, когда Вальдемар низко склонился к нему, он счел самым что ни на есть подходящим; Реджинальд круто развернулся, и его руки неожиданно взметнулись вверх и в смертельной хватке вцепились в шею Черного мага, силясь задушить его. Тот мучительно захрипел, заскрипел зубами.
Затем Реджинальд изо всех сил отшвырнул от себя Вальдемара, и тот повалился на пол, ударившись об каменную стену. Однако тот тут же вскочил на ноги и с искаженным от ярости лицом ринулся на Реджинальда. Юноше удалось ловко отскочить в сторону и вновь напасть на своего врага. Однако черный маг что-то быстро проговорил и в следующий миг, растаял, как дым. Реджинальд остановился в растерянности, но потом вскинул голову и обнаружил, что Вальдемар уже стоит по другую сторону решетки с застывшей на лице злорадной ухмылкой.
— Что за фокус ты придумал?! Неужели ты наивно полагал, что тебе по силам одолеть меня?! Никогда этого не произойдет! Никогда! Твоя горстка заклинаний ничто по сравнению с моим могуществом и всесилием. Я бы на твоем месте сидел смирно и молился всем богам, чтобы они сохранили жалкую жизнь твоей матери.
— Что ты сделал с моей матерью?! — ошеломленно воскликнул Реджинальд, сверля мага напряженным взглядом. — Отвечай немедленно!
— Я просто выпустил волчицу на волю, — нарочито спокойно ответил Вальдемар и усмехнулся себе под нос. — Оборотень отправился искать себе жертв.
Тем временем упомянутый оборотень мчался по зеленой долине, высокая трава хлестала его по бокам. Ему мучительно хотелось есть, и притом сырого мяса, мягкой человеческой плоти, теплой крови. Это была уже не леди Кантемира. Это было существо, не сохранившее никаких признаков человека. Оно было опасно для любого, случайно оказавшегося на его пути. Зверь все явственнее чуял человеческие запахи, приближаясь в сторону деревни Вистелвуд. Оборотень напал впервые под покровом ночи, пробравшись в сарай и раскромсав острыми клыками весь домашний скот.
***
Утром леди Кантемира открыла глаза и вздрогнула, обнаружив, что находится сейчас вовсе не в своей башне, а в каком-то сарае. Она оглядела незнакомое место, и глаза ее в ужасе расширились: здесь повсюду были растерзанные туши и кровавые подтеки. Она в страхе попятилась назад и споткнулась об убитое животное. Ее пронзила такая страшная мысль, что стало трудно дышать. Она взглянула на свою одежду, от которой теперь остались только жалкие лохмотья. Все, что открылось ее взору, могло означать только одно. Это слово застыло на губах женщины, а потом вырвалось с тяжелым вздохом:
— Оборотень…
Она совершенно не помнила, как очутилась здесь, кто позволил ей покинуть западную башню, кого она еще успела загрызть. Женщина задрожала, боясь даже взглянуть на то, что вчера послужило ей пищей. Она чувствовала, что готова забиться в жуткой истерике и из последних сил старалась сохранить здравый смысл.