Диффрин отчаянно устремился вперед по рушащемуся мосту, а потом прыгнул, не выпуская руку Гризельды из своей ладони. Он вцепился в корень, торчащий из каменистого склона, и беспомощно повис на нем, одной рукой стараясь удержать Гризельду.
— Держитесь! Я брошу вам веревку! — услышали они сверху голос Филатра.
Диффрин чувствовал, что у него уже не было держаться за корень, но еще ужаснее было то, что пальцы Гризельды выскальзывали из руки. Он посмотрел вниз и встретился с ее безнадежным взглядом.
— Отпусти меня, — прошептала она. — Иначе мы сорвемся оба.
— Я ни за что не отпущу тебя, — отозвался Диффрин. — Мы спасемся вместе. Сейчас Филатр вытащит нас. Поверь мне.
Но хватка его становилась все слабее и слабее, а Филатр почему-то медлил.
— Гризельда, — испуганно прошептал Диффрин, чувствуя, что еще секунда — и она сорвется в пропасть.
— Прощай, — проговорила Гризельда, и вдруг ее пальцы выскользнули из руки эльфа.
— Нет!!! — в ужасе завопил Диффрин, наблюдая, как Гризельда стремительно падает в бездну и исчезает в непроглядной тьме. — Гризельда!
И тут к нему упала веревка, брошенная Филатром. Но он даже не заметил ее, ошарашенно уставившись в глубину.
— Диффрин, хватайся за веревку! — крикнул Филатр приказным тоном.
Наконец эльф пришел в себя и ухватился за веревку; Филатр вытащил его из пасти ущелья.
Мужчины понимающе посмотрели друг на друга, а потом молча обнялись, скорбя об ужасной потере.
Не помня себя от горя, Диффрин приблизился к самому краю обрыва и глянул вниз.
— Я не смог удержать ее, — сквозь слезы прошептал он. — Она погибла по моей вине.
Он упал на колени и разрыдался, охваченный горем.
— Не кори себя, Диффрин, — тихо сказал Филатр и опустил ладонь на его плечо. — Теперь уже ничего не изменишь.
— Но почему Гризельда?! Почему именно она?! Почему не мне суждено было погибнуть вместо нее? Это несправедливо, Филатр.
— Наша потеря велика, — с невыразимой грустью произнес воин. — Но потеря эта будет напрасна, если мы не продолжим наш путь. Я уверен, что Гризельда не простила бы нам, если бы мы остановились на полпути. Мы должны двигаться дальше, мы обязаны вернуть Авериллу истинного короля. Ради него она пожертвовала своей жизнью.
— Да, мы завершим начатое ею дело, — согласился Диффрин. — Ты прав, мы должны дойти до конца. Ради нее.
***
Гризельда не помнила, как долго она летела вниз сквозь черный туман, но, наконец, погрузилась в ледяную воду, от которой заломило все кости.
Она вынырнула и огляделась; эльфийское зрение позволяло ей видеть даже в кромешной тьме. Со всех сторон ее окружала толща неприступных каменных стен; она угодила в природное подобие колодца. На ее счастье здесь оказалась вода, пусть даже грязная и жутко смердящая.
Вдруг она услышала громкие зазывающие голоса: ее обступали призраки бездны. Она увидела прозрачные силуэты, грозно надвигавшиеся на нее, и поспешно поплыла к небольшому скальному выступу, стараясь не слушать гипнотизирующие голоса.
Гризельда вскарабкалась на этот выступ и подняла голову вверх, но не увидела ничего, кроме темных каменных глыб, уходящих в бесконечную высь.
Но вдруг взгляд ее замер, наткнувшись на узкую пещерку, высеченную в скале. Гризельда тут же ухватилась за ближайший каменный выступ и подтянулась наверх. Наконец, она заползла в тесный пещерный коридор и смогла перевести дух. Голоса призраков были здесь почти не слышны.
Перестроив глаза на инфракрасный спектр, Гризельда медленно двинулась вглубь пещеры, на всякий случай обнажив кинжал. Она шла и надеялась, что эта пещера, в конце концов, выведет куда-нибудь. Эльфийка чувствовала, что идет по наклону, все глубже и глубже уходя под землю.
Гризельда вспомнила о своих друзьях, которые, верно, считают ее погибшей. Она попыталась представить изумление на их лицах, когда они увидят ее живой и здоровой. Если увидят. Если…
Гризельда долго брела по узкой пещере; с каждым шагом становилось труднее дышать. Она была убеждена, что этот ход приведет в тупик, однако вскоре остановилась перед низкой дубовой дверью; древесина уже давно сгнила и в некоторых местах покрылась густым мхом.