Реджинальд пораженно наблюдал, как два темных эльфа воина тащат по полу Филатра, его последнюю надежду на спасение.
— Они пытались спасти тебя, — усмехаясь, обратился один из них к Реджинальду, — но у них ничего не вышло. Ты обречен! Тебя уже никто не выручит! Смирись с этим!
— Эй, а что будем делать с ней? — спросил другой солдат, и, склонившись к Гризельде, коснулся ее шеи, прощупывая пульс. — Она еще жива, но, похоже, скоро уже испустит дух.
— Тогда оставим ее здесь. Пусть он полюбуется на нее в последний раз, — бросил первый темный эльф, а потом они удалились.
Реджинальд посмотрел на Гризельду: она распласталась на полу посреди зала и истекала кровью. Его охватило жуткое отчаяние и чувство безысходности; он понимал, что теперь ей никто, кроме него, не сможет помочь. Но как ему выбраться из заколдованной клетки? Сколько раз он пытался снять защитное заклятие Вальдемара, но у него ничего не получалось!..
Он снова взглянул на Гризельду, а потом вдруг сформировал на ладони энергетический шар и выбросил в ненавистные прутья. Шар ударился об решетку, но через мгновенье изо всех сил пришиб Реджинальда к каменной стене.
Юноша сполз на пол, чувствуя острую боль во всем теле. Но вспыхнувший вдруг гнев и ярость затмили все остальные чувства. Реджинальд снова ринулся к решетке и затряс ее, как сумасшедший, снова и снова выкрикивая:
— Выпусти меня! Выпусти меня!!!
Он собрал воедино всю силу воли, весь ярый гнев, всю лютую ненависть, все отчаянное стремление и всю горячую любовь, а затем мысленно обрушил все эти сильные чувства на решетку.
— Откройся! Откройся сейчас же! — не сдерживая себя, закричал он, и его голос отразился звонким эхом в высоком своде пещерного зала. — Я приказываю тебе открыться! Я, Реджинальд Вильерс, приказываю тебе! Откройся и выпусти меня!!!
В следующий момент решетка вдруг ярко вспыхнула и с тихим скрипом отворилась. Вздохнув с облегчением и подивившись себе самому, Реджинальд покинул место своей неволи и бросился к Гризельде. Он склонился к ней: эльфийка дышала из последних сил. Он положил обе ладони на ее рану и сосредоточился, призывая на помощь свою целительную энергию.
Он исцелил смертельное ранение, а также все мелкие порезы и ссадины на ее лице; затем склонился и нежно поцеловал ее в лоб.
Тут Гризельда шевельнулась и открыла глаза, ошеломлено посмотрела на Реджинальда. Он улыбнулся, встал и протянул ей руку. Она приняла помощь и тоже поднялась на ноги.
— Что произошло? — в недоумении спросила она. — Я, вроде бы, потеряла сознание… Что случилось потом?
— Твои сородичи…— начал Реджинальд.
— Они мне не сородичи! — гневно оборвала его Гризельда.
— Ну, хорошо… Темные эльфы увели Филатра и Диффрина в ту боковую дверь.
— Мы должны выручить их! — воскликнула Гризельда и подобрала с пола свой меч.
Потом она вдруг что-то вспомнила и в замешательстве взглянула на свое плечо; она приподняла пропитанную кровью повязку и не обнаружила на коже никакой раны.
— Ты исцелил меня, — произнесла она тоном утверждения.
Реджинальд просто пожал плечами и улыбнулся уголками губ.
— Разве ты не довольна? — удивился он.
— Я не люблю быть кому-то обязанной, — отрезала она. — Но, должна признать, так мне будет гораздо удобнее сражаться.
Реджинальд ничего на это не ответил, лишь улыбнулся про себя. Гризельда неисправима. Но такой она почему-то нравилась ему даже больше.
Они вышли в длинный пыльный коридор, изредка освещенный огнем. Не обмолвившись ни словом, они дошли до двери. Тут они остановились и, прежде чем открыть ее, Реджинальд на всякий случай материализовал на ладони крупный энергетический шар.
Силой взгляда он распахнул дверь, и они вошли в помещение, где почти не было света. Шар, искрящийся на ладони Реджинальда, позволил ему разглядеть длинный ряд низких дверей с небольшими зарешеченными окошками. По-видимому, это были камеры, где содержались заключенные.
Вдруг перед ними выскочил стражник с пикой, и Реджинальд выпустил в него заранее заготовленный сгусток поражающей энергии. Стражник непонятной расы рухнул на пол, как подкошенный.
— Пожалуй, заготовлю еще один шар, — решил Реджинальд и сформировал на ладони новый шар, на сей раз поменьше.