Ожидание вражеских полчищ приводило в страшное волнение. Реджинальд понимал, что война дело нешуточное, что многие смелые мужчины домой сегодня уже не вернутся…
Вечером в Лиэррине снова раздался оглушительный сигнал тревоги, ознаменовавший начало войны.
— Они пришли! Приготовиться к бою! — сказал Реджинальд, глядя между зубцами стены на приближающихся врагов.
По долине, тонущей в серой мгле, шествовала черная многотысячная рать страшных существ. Рев бесчисленных рогов становился громче с каждым мгновеньем.
— Война началась, — с трепетом прошептал рядом с Реджинальдом один из караульных.
— Она завершится нашей победой, — успокаивающим тоном произнес Реджинальд, поправляя меч на своем боку, чтобы потом было удобно его выхватить.
***
Двор крепости наполнился шумом и суетой, войска были приведены в полную боевую готовность. Лучники, люди и эльфы заняли позиции на парапете. Мудрейшие расположились на высоких башнях, их магия тоже была сильным оружием против врагов.
Армию Вальдемара представляли существа самой разной масти: были тут и орки, и минотавры, и темные эльфы, и гоблины, и демоны и множество других злобных созданий, облаченных в черные доспехи. Они заполнили площадь перед крепостью бурным, неистовым потоком и остановились. В момент тишины раздался леденящий душу рев их рогов, призывающий атаковать. Черная орда устремилась к стенам крепости, которая встретила их тучей стрел, градом камней, и им пришлось отступить и перестроиться, чтобы лучники не могли достать их стрелами.
— Сейчас начнется, — прошептал Реджинальд, глядя на бесчинствующее воинство.
Вдруг кто-то резко схватил его за плечо, заставив резко обернуться. Оказалось, что это был сэр Витольд.
— Реджинальд, что ты делаешь на первом ярусе?! Сейчас эти твари полезут на стены, и здесь начнется настоящий ад!
— Я готов разделить общую судьбу с воинами в этой битве! Я буду сражаться с ними до конца! Я не уйду с поля битвы, пока все не закончится, — с этими словами Реджинальд обнажил свой меч.
— Это безрассудно! — сердито воскликнул старец. — Ты рискуешь жизнью и подвергаешь Аверилл еще большей опасности!
— Я останусь, сэр. Я хочу вас только попросить, чтобы вы нашли Гризельду и увели ее в безопасное место. А за меня не беспокойтесь, я обещаю вам, что во что бы то ни стало останусь в живых.
— Упрямец! — воскликнул сэр Витольд, не в силах сдержать слез. — Ты заставляешь мое сердце болезненно сжиматься, но в то же время я восхищен твоим героизмом! Умоляю тебя, будь очень осторожен!
В следующий миг им пришлось пригнуться, потому что поверх стенных зубцов полетели снаряды, выпускаемые огромными вражескими катапультами. Ворота содрогнулись от гулких ударов штурмового тарана. К стенам крепости были приставлены сотни осадных лестниц, по которым вверх взбиралась многочисленное вражеское полчище. Большинство отвратительных существ защитникам крепости удалось сбросить обратно вниз, но некоторая часть все же прорвалась на стены, и тут развернулась кровавая резня.
За парапет цеплялись веревки с крючьями, которые воины сбрасывали прочь, но на месте отброшенных появлялись все новые и новые крюки. Реджинальд скидывал их со стен силой воли, и гнусные твари падали в гущу своей армии.
Кларенс, впервые узнавший какой бывает настоящая война, сражался, не жалея себя и уж тем более не жалея врагов. Уже десяток существ лежали мертвыми у его ног. Он ощущал в себе небывалую силу, благодаря мыслям о своей возлюбленной, и во имя нее крушил врагов и с ее именем поднимал и опускал меч.
С каждым часом раненых становилось все больше, и в лазарете уже не осталось свободных коек, поэтому людей укладывали прямо на пол. Пока продолжался штурм крепости, лекари изо всех сил пытались помочь воинам, у которых еще был шанс выжить. Целители делились своей живительной энергией с каждым пострадавшим, заживляя страшные раны. Лавиния предложила лекарям свою помощь и тоже участвовала в своеобразной войне — войне за жизнь, происходившей в палатах врачевания.
А тем временем осада крепости продолжалась. Таран все сокрушительнее колотил ворота, гулкие удары не прекращались ни на минуту.
На южной стене крепости бок о бок бились Филатр и Реджинальд. Диффрин стоял в рядах лучников на парапете и щедро осыпал стрелами вражескую армию.