Реджинальд мгновенно оценил ситуацию, и вскинул руку для магического удара. Из его пальцев одновременно с энергетическим шаром вырвался разящий луч, и в следующий миг горгулья скорчилась от боли и раскрыла пасть в беззвучном крике. Пока Реджинальд и Гризельда бежали вверх по лестнице на башню, эльфийка успела рассказать Реджинальду о горгульях и об единственном оружии против них — свете. При свете дня горгульи снова превращаются в камень, это создания, которые оживают лишь ночью. Реджинальду приходилось слышать о горгульях еще до знакомства с Авериллом, но в Лондоне горгульи были известны как скульптуры на водостоках, которые сооружались, чтобы отвести потоки дождевой воды от стен зданий. Также в Англии горгульями украшали храмы, построенные в готическом архитектурном стиле. Только эти горгульи вовсе не оживали, когда наступала темнота. А здесь же они обретали плоть и были смертельно опасны для человека.
Итак, горгулья повернула разъяренную морду в сторону Реджинальда и Гризельды и, видимо, оценив силу противников, спрыгнула с Хранителя и, взмахнув крыльями и подпрыгнув в воздух, атаковала их сверху.
— Хранители! — крикнула Гризельда. — Продолжайте обряд!!!
Пока горгулья была занята новыми дерзкими противниками, Хранитель Юлициус поднялся на негнущихся ногах и, превозмогая боль, занял свое место под Сферой.
Реджинальд сделал магический жест силы, и невидимая сила отшвырнула горгулью; каменное чудовище с грохотом покатилось по полу. Оно оглушительно ударилось об стену, но тут же пришла в себя. Молодой волшебник взмахнул рукой, меж его пальцев снова появился луч света, который устремился к горгулье, обволакивая все ее тело. По телу каменного существа прошла судорога, движения стали медленными; наконец, горгулья неподвижно замерла, находясь в ореоле света. Реджинальд сосредоточил всю свою волю и силой взгляда отшвырнул окаменевшую горгулью далеко за стены крепости, в гущу врагов.
В следующий момент он обернулся в сторону Гризельды, и крик застрял у него горле. Неожиданно появившаяся горгулья, еще крупнее предыдущей, в одно мгновенье подхватила темную эльфийку крепкими каменными лапами и подняла ввысь.
— Гризельда!!! — закричал Реджинальд безумным голосом. Он не успел поразить горгулью магическим ударом, а теперь уже было слишком поздно это делать — Гризельда находилась на смертельно опасной высоте. Все внутри него оборвалось. — Верни ее, тварь!!!
— Хранители, немедленно остановите обряд! Не зажигайте Сферу! — завопил он затем, увидев, что горгулья со своей жертвой кружится под самой Сферой. Реджинальд представил ужасную картину: если свет Сферы превратит горгулью в камень, то Гризельда рухнет вместе с ней и разобьется. — Не зажигайте Сферу!!!
— Реджинальд, прости… уже поздно… — прошептал Хранитель Конрад, с ужасом глядя на Гризельду в хищных когтях горгульи.
В следующий момент яркая, ослепительная вспышка неожиданно прорезала небо, будто молния, и озарила все благостным светом. Слепящий свет заставил Реджинальда зажмуриться лишь на мгновенье, затем он разлепил веки и сквозь жгучие слезы посмотрел наверх, туда, где несколько секунд назад летала горгулья.
Он увидел, как горгулья перекувыркнулась в воздухе, взмахи тяжелых каменных крыльев замедлились, когти бессильно разжались, выронив свою ношу. Тонкая фигурка Гризельды стремительно полетела вниз. Горгулья, сделав последний рывок в сторону, тоже начала камнем падать.
Реджинальд вонзился цепким взглядом в тело Гризельды, вытянул вперед руки и, призвав всю свою силу воли, сделал жест, притягивающий ее к себе. Эльфийка обрушилась прямо в его руки, он закачался, и, не удержавшись на ногах, с тяжелым грохотом повалился вместе с ней на пол.
Хранители едва не упали в дружный обморок, и с облегчением выдохнули. Конрад бросился к королю, чтобы помочь ему подняться. Реджинальд мягко положил Гризельду на пол и только сейчас понял, что ее тело изгибается в спазме жестокой боли. Глаза эльфийки закатились, на лице застыло мучительное страдание.
Тем временем потоки животворящего сияния опустились на вражескую рать; темные эльфы и демоны ночи закричали от боли, которую им доставлял яркий свет. Вся нечисть металась и умирала, пожираемая беспощадными белыми лучами. Под свечением Магической Сферы они сгорали заживо; воздух наполнился неприятным запахом горящей плоти. Армия Вальдемара заметно поредела, лишилась лучших своих воинов, темных эльфов.