— Теперь мы тебя внимательно слушаем, Витольд. И надеемся, что ты не станешь рассказывать нам небылицы.
— То, что я скажу вам сейчас, чистая правда. Как я уже сказал, прошло восемнадцать лет с тех пор, как я взвалил на себя бремя страшной тайны. Мудрейшие, вы все помните совет той давности, который мы держали в ту злосчастную ночь, когда Вальдемар атаковал Лиэррин. На нем был поднят вопрос о дальнейшей судьбе младенца, и решено тогда было отправить его в Верхний мир, дабы уберечь его от опасности, которая угрожала ему со стороны Черного мага. Да, это была весьма веская причина, но не единственная. Был и другой резон. В тот момент я уже знал, что на леди Кантемире лежит печать проклятия, которое передалось ей от отца, а отцу — от ее деда, пытавшегося противостоять силам Тьмы, которые так или иначе всегда существовали в Аверилле, и за это был проклят. Человек с добрейшей душой был превращен в кровожадную тварь, и все потомки его были такими же полулюдьми-полузверями. И за все то время, что два поколения оборотней жили в нашем мире, не пострадал ни один человек, ибо они прятались под замком, когда наступало полнолуние. У нас, в Аверилле, нет луны. Но оборотни чувствуют зов полной луны даже через толщу нашего каменного потолка-неба. Отец Кантемиры придумал рецепт зелья, которое помогало их семье удерживать оборотня внутри, не выпускать чудовище на свободу. Леди Кантемира с самого своего рождения принимала это спасительное снадобье и оттого сохраняла свой человеческий облик. Конечно, никто в Авеерилле и не подозревал о том, что одна из самых знатных и богатых семей подвержена вечному проклятию. Звериная сущность не помешала леди Кантемире стать женой Лемуандра — самого короля. Хотя поначалу отец Кантемиры решительно отказывался выдавать свою дочь замуж, ибо боялся, что король узнает о тяготеющем над ней проклятии. И все же девушка так понравилась Лемуандру, что он настаивал на свадьбе. И вскоре эта свадьба состоялась, и люди радостно приветствовали госпожу Аверилла. И ни разу она не перевоплощалась в оборотня, ибо жизнь ее протекала мирно и спокойно, и она не забывала регулярно принимать зелье. Но в ту ночь, когда Вальдемар пытался убить ребенка на глазах у матери, свирепый оборотень дал о себе знать. Врачевательница Альмери также была посвящена в эту тайну, как и верная няня Шэба. Ну конечно, о ней знал и я. Это и было второй причиной, по которой я желал увезти младенца из Аверилла. Ребенок не мог воспитываться матерью-оборотнем. Это было слишком опасно, ведь он должен был стать следующим королем.
— Ты знал, что ребенок был оборотнем, знал, что он опасен и все равно подбросил его на воспитание другой семье в Верхнем мире, — с недоумением и осуждением проговорил сэр Диаморн.
— Я прошу вас, дослушайте меня до конца и тогда вам все станет ясно, — попросил сэр Витольд и продолжил свой рассказ: — Так вот, после Совета, на котором решено было отправить ребенка в Верхний мир, я отнес его в свои покои и до самого рассвета проводил колдовской обряд, который должен был избавить ребенка от горькой участи его матери… Я перелистал несколько древних книг и, наконец, нашел подходящее заклинание. Призвав весь свой природный магический талант, я решился произнести одно из самых могущественных заклинаний. Это были Слова Силы, то ли темной, то ли светлой, но это не имело совершенно никакого значения в тот момент. Это заклятие избавляло человека от звериной натуры, но этот вырванный посредством магии оборотень не исчезал бесследно. У заклинания имелась оборотная сторона: тот, кто произносил его, сам затем превращался в оборотня, перенимая сию вырванную звериную сущность. Теперь вы понимаете, что Реджинальд никак не может быть оборотнем. Этим существом, ненавистным всем вам, являюсь я. Я принял на себя это проклятие, дабы Авериллом правил полноценный человек. Теперь я всецело и полностью отдаю себя на ваш суд. Я привык к тому, что вы благочестивы и справедливы, и надеюсь, что вы примете верное решение. Только прошу вас вернуть нашему королю его доброе имя. Я готов броситься в костер вместо него, если таков будет ваш приговор, господа Мудрейшие. Что ж, я сказал все, что хотел сказать.
Мудрейшие застыли в глубоком молчании, не зная, как поступить дальше. Наконец, сэр Диаморн сделал шаг вперед и изрек без малейшей неприязни:
— Твой взор чист и ясен, Витольд. Я вижу, что ты открыл нам все без утайки. Должен признать, что я невероятно удивлен истиной, которую ты нам сейчас поведал. Ты столько лет скрывал от нас такую страшную тайну, даже ни словом не обмолвился. Ты столько лет носил на себе клеймо зла, жил с жутким зверем внутри своей души и при этом не запирался на замок. Скажи, как тебе удалось обуздать звериные инстинкты?