Его губы прижались к ее губам, заглушив этот глупый вопрос, и она сдалась без борьбы. Ей становилось страшно от напора его поцелуев и от собственной слабости. И вдруг в какой-то момент она почувствовала, как ее ноги оторвались от земли.
Когда Реджинальд прервал свой поцелуй, она опустила взгляд вниз и обнаружила, что они парят в воздухе над самым озером. Это открытие вызвало в ней и испуг и восторг. Но в следующую минуту ее сознание прояснилось, она разозлилась на себя за такую постыдную слабость.
— Никогда больше так не делай! — негодующе воскликнула она и изо всех сил влепила Реджинальду пощечину.
И они тут же рухнули вниз, с головой погрузившись в холодную воду Озера Мудрости.
— Что тебе опять не так? — удивился Реджинальд, вынырнув на поверхность.
— Я уже несколько раз дала тебе понять, что ты меня совершенно не интересуешь! — ответила Гризельда и поплыла к берегу.
Она выбралась на берег и смерила Реджинальда холодным взглядом.
— Мне не нужны ухажеры! — гневно продолжала она. — Я и одна живу просто замечательно!
Тут она подобрала выроненный букет цветов и в ярости швырнула его Реджинальду.
— И забери свои цветы!
Яркие лепестки расплылись по воде, и Реджинальд с грустью посмотрел на них, как на осколки своего разбитого сердца. Но в следующий миг он уже взял себя в руки, решив, что все равно завоюет эту упрямую темную эльфийку.
Он тут же выскочил на берег, догнал Гризельду и поймал ее за плечо.
— Я тебе не верю! — сказал он, глядя в ее пылающие огнем глаза. — Докажи мне это!
— Мне ни к чему что-то доказывать, ведь мои чувства налицо! Только ты почему-то не видишь их!
— О, я замечательно их вижу! Что было написано на твоем лице, когда я целовал тебя? Скорее, ты сама не понимаешь, какое блаженство было отражено во всех твоих чертах, как ты трепетала в моих объятиях!
— Ничего подобного! — возмутилась Гризельда и небрежно скинула его ладони со своих плеч.
Она хотела сказать еще что-нибудь язвительное, но вдруг ее взгляд устремился в сторону Озера Мудрости, а в глазах появился нешуточный ужас. И вместо очередного оскорбления, она с тихим испугом прошептала, схватив его за локоть:
— Реджинальд, посмотри!..
***
— Витольд, — осторожно обратился к старому советнику Хранитель Конрад после ужина. — Возможно ли устроить мою встречу с леди Кантемирой? Ее возвращение стало для меня полнейшей неожиданностью, и я хотел бы переговорить с ней.
— Отчего бы и нет? — развел руками Мудрейший. — Пойдем, Конрад. Я провожу тебя в ее покой.
Сэр Витольд и Хранитель Конрад миновали множество коридоров, и вскоре вышли к высокой двери, запертой на золотой замок.
— Вот значит, где она нашла свое убежище, — протянул Конрад. — Раньше я часто ломал голову над ее внезапным исчезновением.
— Я надеюсь, Конрад, ты идешь к ней не за тем, чтобы бросать презренные взгляды, — строгим тоном проговорил Витольд.
— В моей душе нет ни капли презрения к этой женщине, — честно ответил Хранитель.
— В таком случае заходи и обрадуй ее своим неожиданным визитом, Конрад. Насколько я помню, Кантемира всегда хорошо к тебе относилась, правда? — сэр Витольд сделал приглашающий жест рукой, и Хранитель Конрад переступил порог, чувствуя, как тяжело бьется сердце в его груди. — Леди Кантемира, принимайте гостя! — произнес Мудрейший в пространство комнаты.
Женщина поднялась с кресла с радостным лицом. Но, когда она узнала в одном из пришедших Хранителя Конрада, взор ее переменился. Она устремила на Конрада такой взгляд, каким смотрит ребенок на свою давно потерянную собаку, которая вдруг вернулась обратно. Сэр Витольд ощутил напряжение, возникшее между этими двумя людьми, и почувствовал себя лишним.
— Что ж, не стану мешать вашей беседе, — пробубнил старец и поспешил удалиться.
Когда дверь за ним захлопнулась, Хранитель Конрад сделал шаг вперед и отрывисто прошептал:
— Моя леди, я пришел, чтобы поговорить с вами, но, право же, не знаю, с чего начать.