— Нет, я еще не передумал. Я твердо настаиваю на своем решении.
— Ты должен поговорить с Мудрейшими и объяснить им причину своего ухода, — сказал советник.
— Я не буду никому ничего объяснять. Мне просто нужно больше времени, чтобы осмыслить все и принять этот мир.
— То есть ты хочешь сбежать. Трусливо сбежать.
— Нет, не совсем так.
— Не говори, что я не прав.
— Вы не правы, — отрезал Реджинальд. — Если я заведу этот разговор, они попытаются удержать меня. Я не желаю затевать споры.
— Они не будут спорить. Они будут негодовать! Мы все ждали тебя столько лет! А ты хочешь просто взять и уйти?!
— Да, я этого хочу! — раздраженно крикнул Реджинальд. — И я ухожу немедленно! Я вижу, что вы не хотите мне помочь! В таком случае найду дорогу и без вашей помощи!
Тут он резко развернулся и стремительно зашагал по коридору.
Витольд возвел глаза к потолку с преувеличенной мольбой о терпении, стиснул кулаки, сдерживая свое негодование, затем с шумом выдохнул и поспешил за упрямцем.
***
Реджинальд вихрем влетел в конюшню и попросил конюха как можно скорее оседлать ему самого выносливого коня. Немного удивленный, конюший вывел из стойла того самого жеребца — Гентингдона, на котором Реджинальд приехал сюда, и оседлал всего за одну минуту.
Потом несостоявшийся король вскочил на коня и внимательно посмотрел на конюха.
— Я хочу попросить у вас прощения.
— За что?! — удивился конюх. — У вас нет никакой вины передо мной.
— Нет, есть. И я прошу у вас прощения, за то, что не смогу оправдать ваших надежд. Вам нужен настоящий король, а не такой чужак, как я, — сказал он и тут же развернул Гентингдона и, пришпорив его, помчался прочь. — Прощайте!
Конюх глядел на него в глубоком недоумении. Появление через несколько минут советника Витольда озадачило его еще больше. Витольд потребовал немедленно подготовить ему лошадь, и, когда она была готова, забрался на нее и ускакал еще быстрее, чем Реджинальд. Старец бросился за ним вдогонку. Этот мальчишка действовал безрассудно, не задумываясь о последствиях. Что станет с Авериллом, если у него не будет правителя? Этот мир попросту уничтожат кровопролитные войны, если их не прекратить! Витольд надеялся, что поговорит с ним и сможет переубедить.
Реджинальд гнал своего коня вперед изо всех сил. Он не задумывался о том, как найдет дорогу, которая была так тщательно скрыта. В нем сейчас бурлил такой адреналин, что ему просто хотелось импульсивно мчаться вперед.
По мере того, как он продвигался дальше и дальше от замка, ландшафт начал меняться, а мысли немного успокаивались. Он повернул теперь на восток и достиг окраины крутых и бесплодных холмов. Сведя коня с холма, рысцой двинулся по долине, за которой начинался лес, называемый Добрым. Он простирался на многие мили, и путь Реджинальда лежал сквозь него. На опушке леса он заметил табличку, гласившую, что Добрый Лес является владениями Гризельды Ласкес.
В лесу царили гармония, свет и красота; высокие деревья были облачены в пышный сочно-зеленый наряд. С четверть часа Реджинальд быстро вел коня по лесной тропе под торжественными лесными сводами.
Вдруг он услышал тихий треск и обернулся. Позади него стояла молодая девушка со светлыми волосами, которые создавали резкий контраст с необыкновенной темной кожей властительно строгого лица. Уши у нее были остроконечные, а глаза светились красным светом, как доказательство бушующего душевного огня. Ее наряд состоял из облегающего кожаного корсета с металлическими вставками и кожаных штанов, на широком поясе крепились кинжалы. Бордовый кожаный плащ с капюшоном, украшенный металлическими заклёпками, дополнял образ, гармонируя с ее огненным взглядом. Наряд завершали высокие кожаные сапоги. Перед Реджинальдом стояла Хранительница Доброго Леса — единственный темный эльф, живущий на поверхности Аверилла — Гризельда Ласкес.
— Кто ты? — спросил Реджинальд, разворачивая своего коня к незнакомке.
Он никогда не видел таких существ, и его сердце забилось быстрее. Девушка не двигалась, лишь её глаза следили с холодным, но внимательным взглядом.