— Я был бы очень рад, — с улыбкой согласился Реджинальд.
И уже на следующий день Лавиния приступила к работе над своим новым произведением, самым ценным и желанным. Реджинальд позировал ей по вечерам, сидя на высоком стуле в одной из многочисленных комнат замка. Однажды, в эту комнату забрел сэр Витольд и, обнаружив в ней художницу и объект ее творчества, напустил на себя чрезвычайно недовольный вид.
— Не нравится мне, что вы находитесь здесь наедине, — произнес советник, почесывая свою длинную бороду, и многозначительно поглядывая на Реджинальда. — Я был бы гораздо спокойнее, если бы ты, Лавиния, продолжила портрет где-нибудь в более людном месте. Ты девушка молодая и неопытная, и я думаю, что…
— Но, сэр Витольд, — возразил ему Реджинальд, — ничем дурным мы здесь не заняты. Неужели вы не доверяете мне?
Старец отрицательно покачал головой.
— В том-то и дело, что я тебе не доверяю, Реджинальд. Спускайтесь-ка вы в Большой зал, сейчас там почти никого нет.
Делать было нечего — пришлось молодым людям перебраться на два этажа ниже.
***
Лавиния с любовью наносила штрихи милого лица, аккуратно вырисовывала пронзительно голубые глаза, стараясь передать их со всей тщательностью, на какую только была способна. В этот портрет она вкладывала всю свою душу и любила этот портрет так же, как любила человека, изображенного на нем. Девушка надеялась, что внезапная любовь однажды перестанет быть безответной. Она видела себя в страстных объятиях Реджинальда, воображала себя первой госпожой Аверилла.
Мысли ее вернулись к портрету, который она почти завершила. Реджинальд на холсте выглядел совсем как настоящий. Сделав кистью последние мазки, Лавиния развернула мольберт к Реджинальду и стала ждать его реакции. Он мигом вскочил со стула и подошел поближе, чтобы оценить изображенного себя.
— Даже не знаю, что сказать, — растерянно пробормотал он. — Я не верю, что у меня и в самом деле такие красивые глаза, как на картине.
— Что вы тут разглядываете? — вдруг услышали они голос сэра Конрада и оглянулись.
Хранитель подошел к мольберту, поглядел на него с видом истинного знатока, а потом произнес:
— Лавиния, да это же прекрасная работа! Надо обязательно повесить портрет Реджинальда в Большом зале рядом с портретом его отца!
Как сказал сэр Конрад, так и было сделано. Реджинальду затея эта не пришлась по душе, но он не мог перечить Хранителю. Вскоре портрет молодого короля в позолоченной резной раме красовался на стене возле портрета величественного Лемуандра Вильерса. И каждый раз, проходя мимо нового портрета, Лавиния посылала воздушные поцелуи человеку, изображенному на нем.
***
Утром Реджинальд быстро шагал по коридору; он спешил на занятие по боевому искусству, размахивая деревянным учебным клинком. Коридор был пуст, и по пути он тренировался в выпадах, которым успел обучить его Филатр.
Едва юноша свернул за угол, как кончик его меча уткнулся во что-то мягкое. Затем он услышал, как сэр Клитемнестр громко выругался, негодующе отпихивая в сторону деревянный клинок, упершийся в его живот.
— Простите! — воскликнул Реджинальд и поспешил спрятать меч за спину.
— Что за выходки! — презрительно пробурчал сэр Клитемнестр, одарив его холодным взглядом. — Чуть не убил старика! Своей железкой размахивай где-нибудь в другом месте!
— Но он же деревянный, — осторожно возразил Реджинальд. — Простите, в следующий раз я буду осторожен.
Сэр Клитемнестр ничего на это не ответил. Вместо этого он с явной враждебностью посмотрел на Реджинальда и зашагал дальше, с демонстративным усилием потирая ушибленное место.
От этого ледяного взгляда у Реджинальда по спине поползли мурашки и появились нехорошие ощущения: он чувствовал, что сэр Клитемнестр недолюбливает его. Юноша понял это с самого первого дня, как только появился в Аверилле. Этот человек всегда смотрел на него исподлобья, презрительно, угрюмо и недоброжелательно. Или же наоборот избегал смотреть ему в глаза. Реджинальд ощущал, что сэр Клитемнестр совершенно не рад его возвращению. Но он был в числе Мудрейших, и, разумеется, Реджинальд не мог отстранить его от этой должности только из-за личной неприязни, ведь сэр Клитемнестр в свое время сделал для Аверилла очень многое.