— Не старайся успокоить меня. Тебе лучше меня известно, что за улыбками многих кроется ненависть. Их уважение всего лишь мираж, ибо я Хранительница Леса, назначенная Гэром. Но все были бы счастливы, если бы кто-то иной занял мое место. Более того, они были бы счастливы, погибни я в этом огне.
— Ты не должна так говорить, потому что у тебя есть и друзья.
— Я знаю, что ты меня любишь, Диффрин. И Уфрен заботится обо мне. Я понимаю, что не стоит обращать внимания на тех, кто смотрит на меня с угрозой, но я же не железная. Иногда я поддаюсь внезапной слабости, вот как сейчас, и борюсь с подступающим отчаянием. Я чувствую, что во мне больше нет сил, чтобы следить за природным порядком.
— Я поистине не узнаю тебя, — пораженно проговорил Диффрин.
Потом он обошел дерево и протянул Гризельде свою руку. Она послушно поднялась, приняв от него помощь.
— Пойдем со мной, — просто сказал он, и она молча подчинилась своему другу.
Когда они вместе забрались на высокое дерево и уселись на толстых раскидистых ветвях, Диффрин тихо произнес:
— Посмотри, Гризельда. Это твой лес, ты его Хранительница. И ты ему нужна. Разве ты этого не чувствуешь?
Она посмотрела на могучие древесные стволы, прислушалась к тихому шелесту листвы, опустила глаза и увидела Уфрена, топтавшегося на земле под деревом, на котором сидела. И тут она ощутила мощный прилив энергии. Конечно, она нужна лесу, но в большей мере она сама нуждается в нем.
— Я это чувствую, — прошептала она, с легкой улыбкой глядя на Диффрина.
— Ты лишилась дома, и я готов предложить тебе свой в Спрайтдайне.
— Я очень благодарна тебе, Диффрин, но в Спрайтдайне мне не место. Твои сородичи-эльфы вряд ли будут рады визиту темного эльфа.
— Многие из них уважают тебя, многие из них восхищаются твоей стойкостью.
— И все же многих из них отпугивает мой внешний вид. Диффрин, Спрайтдайн мне совершенно чужд. Твои уговоры напрасны — я им не поддамся. Прости.
Диффрин молча понурил голову — он знал, что с Гризельдой спорить бесполезно.
***
Реджинальд заслышал стук копыт и, обернувшись, увидел на лесной тропе трех приближающихся всадников. Это были сэр Витольд, сэр Кардин и сэр Синон.
Как и Диффрин, советник первым делом спросил, и в голосе его звучало беспокойство:
— Где она?
— Она скрылась от меня, но я уверен, что Диффрин нашел ее.
— Как же мог вспыхнуть пожар? — задумчиво пробормотал сэр Кардин, внимательно оглядывая почерневшую от огня землю и пытаясь обнаружить хоть малейшие следы, указывающие на причину пожара.
Сэр Витольд спешился, встал перед догорающим домом, вытянул перед собой руки и зашептал заклинание. Через несколько мгновений над горящим домом образовалась хмурая туча и пролилась яростным ливнем. Поляну окутал белый пар, а в воздухе повис неприятный щекочущий ноздри запах. Сквозь эту туманную завесу, Реджинальд увидел Гризельду и Диффрина. Она подошла к Витольду, и тот ласково прижал ее к своей груди, выражая тем самым искреннее сочувствие. Затем остальные Мудрейшие обступили девушку и принялись по очереди утешать ее. Не в силах вынести жалость в их глазах, Гризельда отошла в сторону.
И вдруг она неестественно дернулась, глаза ее широко распахнулись, а рот раскрылся в беззвучном крике. В следующий момент Реджинальд увидел, что из ее груди торчит стрела, а по одежде медленно стекает струйка алой крови.
Она пошатнулась, в недоумении глядя на белое оперение стрелы. Мудрейшие застыли, подобно каменным изваяниям, пораженные неожиданным поворотом событий. Диффрин первым оправился от ощущения, будто его оглушили. С перекошенным от тревоги лицом он бросился к Гризельде и подхватил эльфийку под руки. Она почувствовала, как мир начинает кружиться и меркнуть перед глазами, а пульсирующая боль уносит в черную бездну.
Прежде чем потерять сознание, Гризельда повернула голову и встретилась глазами с напряженным взглядом Реджинальда, поддерживающего с другой стороны.
— Она умирает! — судорожно воскликнул Диффрин. Гризельду бережно уложили на землю, и Мудрейшие суетливо обступили ее, вглядываясь в неподвижные черты.
Реджинальд почувствовал, как от этой чудовищной несправедливости негодование захлестнуло разум, и в следующий момент он сорвался с места и устремился в ту сторону, из которой была пущена стрела.