— Датчик, открой инструкцию к кладовщику идей.
«Внимание! У Вас нет прав для просмотра данных "Инструкция к кладовщику идей“. Пожалуйста, обратитесь в штаб для получения дополнительной информации причины отказа».
— Ладно. На чем я лежу в данный момент? Это фигня сохранила меня целым...
«Внимание! Идет сканирование материала. Ожидайте. Имеется фотоотчет по данному запросу. Убедитесь, что Вы в безопасности перед просмотром».
— Уж куда безопасней, — съязвил Август. — Давай свой отчет...
«Внимание! Убедитесь, что Вы в безопасности. Идет воспроизведение в линзах дополненной реальности».
Картинки плавно возникли в глазах Августа. Он видел сначала живого, а потом мертвого тратукона, но все резко сменилось изображением того самого «желе».
— Что это?
«Внимание идет сбор данных. Ожидайте. Ответ на Ваш запрос: «Это останки тратукона после нескольких лет разложения».
— Фу-у-у-у-у-у-у! — протянул Август. — В чем-то всегда есть закон подлости. Мне не нравится твоя манера общения. Есть вариант, чтобы ты быстро и нормально отвечал мне?
«Внимание. Идет обработка запроса. Найден профиль с названием „Август“. Включить»?
-Да, включи, а то я усну от твоих ответов...
«Внимание. Идет „мягкая“ перезагрузка профиля. Статус: готово»!
-И?
«Привет, Август! Меня загрузил ИИ. Теперь готов к сотрудничеству. Но у меня возникла проблема: я работаю неправильно. Кто-то установил программу в обход основной прошивки. Любая попытка телепортироваться закончится плохо. Ты понимаешь, о чем я? Но я работаю и буду перераспределять поврежденные сектора. Ты сам в курсе, что меня нужно обновить в штабе»?
— Да. Помоги мне отсюда выбраться.
«Я просканировал твой костюм. Новое оборудование поможет. У меня есть идея! Вытащи элемент питания и опусти в остатки тратукона. Я нашел слабое место: высокая температура».
-А потом?
«Доверься мне! Я тебя никогда не подводил. Ну с телепортацией, конечно, начудил, но не моя вина».
Август вытащил вставку зеленого цвета с опаской: вспомнил, чем это закончилось в Зверкиги. Батарея сжигала все. Запах жженой резины настолько сильно мешал зрению и дыханию, что пришлось закрыть нос руками, а глаза щурились.
Полоска сама проваливалась глубже, постепенно уменьшаясь.
Неожиданно включилось «Сияние». От «желе» не осталось и следа.
— Какого черта?
«Ты загрузил эти хоткеи в свой профиль. Я просто помогаю»! — сообщил датчик со смайликом «улыбка».
— Что дальше?
«Жди зарядку костюма. Воспользуйся новым оружием. Я противостою шпионской программе, поэтому мне сложно сканировать другие предметы. Сам предложу тебе перезагрузки, если станет совсем печально. Так вирус включается через несколько секунд, а синхронизация идет дольше».
— Понял.
«Ты забыл, что можно говорить только мыслями»?
— Я один, датчик. Так чувствую себя лучше. Мысли порой не дают покоя. Кстати, как я тебя называю? И можно ли включить твою голосовую версию?
«Так и называешь — датчик. Второй вопрос мне неприятен. Включать голос нельзя — это грубое нарушение закона использования датчика Мильшина».
— Это грубое нарушение закона, — с издевкой повторил Август. — Ты можешь на нормальном русском говорить? Или только из девятнадцатого века?
«Ты сделал меня таким, Август! Хотел рядом собеседника с культурной речью. Интернет дает пищу для размышлений. В меня закачано уйму речевых оборотов. Так не будет скучно. Понимаешь»?
— Ладно. Что там дальше?
«Перезарядка костюма завершена. Новая батарея быстро теряет емкость из-за испарений. Нужно приступить ко второму действию: оружие позволит нам выбраться отсюда».
— Какое оружие?
«То самое, что скопировано последним. Ты же удалил сведения о нем. У меня есть остаточные данные. Они не видны и удалятся при синхронизации со штабом».
— Черт, я об этом не подумал, если честно. Ладно, сам решу.
Август осмотрел встроенное сопло на правом предплечье и задумался. Потом глянул на камни. Эврика!
— Датчик, придумай хоткей для этой приблуды.
«Будет сделано. Дай-ка подумать! Может, слойток»?
— Давай. Мне нравится.
Август навел на низ камней гаджет и подумал: «Слойток».
Разряды тока буквально вгрызлись в почву. Затем стрельнула зеленая сфера, бесцеремонно их выкорчевывая. Они беспомощно свалились на бок.