В столовой стоял настоящий балаган. Ученики второпях употребляли первые и вторые блюда, а другим нужно еще пережить очередь в буфет, чтобы хорошо завершить остаток учебного дня. На прилавках лежали соки, шоколадки, сухарики, чипсы, школьная пицца и эклеры — все по доступным для детей ценам.
Август с другом заняли очередь перед группой пятиклассников. Те не могли выбрать, что хотят.
— Время не резиновое! — буркнул на них Петр. — Часы тикают, а вы тут устроили...
— Какой же ты злой! — улыбчиво воскликнула девушка, вставшая рядом с Августом. — Привет, Август! Как дела?
Юноша растерялся, но все-таки выдавил из себя слова:
— Привет, Полин. Рад тебя видеть! Много домашки задали?
Полина, шестнадцатилетняя девушка с зелеными глазами, стройной фигурой. Лицо с правильными пропорциями, полными губами, курносая, и такой приятный голос. Август просто млел от нее, но в своих чувствах признаться было так тяжко, словно между действиями в этом направлении стоял барьер. Но ему казалось, что она понимает его чувства и поэтому старается быть ближе к нему.
— Много! — возмутилась Полина и издала смешок. — Я свободна в выходные. Может, сходим в кино?
Юноша улыбнулся и кивнул:
— Хорошо, Полин, я тебя приглашаю...
— Ты брать будешь есть или решил предаться разговору о вечном? — недовольно осведомился Петр, когда растолкал окружающих у буфета. — Через пять минут будет урок...
— А, точно, — спохватился Август и попросил свой любимый эклер в связке с яблочным пакетированным соком.
Он подмигнул девушке и отошел от прилавка. Еще несколько минут сидел за столом и не спеша поглощал сладости, но не сводил с Полины взгляда, когда та обедала чипсами и чаем с лимоном.
На уроке английского языка Алла Григорьевна задала контрольную работу по своему предмету и требовала всех знаний за два месяца нового учебного года.
Последним уроком стал классный час (обществознание отменили), и перед ними предстала классный руководитель: Клавдия Николаевна со своим планом мероприятий на последние два месяца четверти.
Она всегда одевалась безупречно: строгий офисный костюм, русые волосы сложены в прическу со множеством заколок. Длинный в меру нос и тонкие губы дергались, когда она была сильно недовольна. Такой взгляд серых глаз на себе ловил и Август. Когда она входила в аудиторию, то все сразу замолкали. Мгновенно пропадали все колкости в адрес «изгоев» и одноклассники вели себя, как ангелочки.
Наконец урок закончился.
— Я жду от вас решения по поводу экскурсий. Не заставляйте меня звонить вам вечером, — повышенным тоном возвысился ее голос над возней и разговорами учеников.
Август вышел из школы с одной мыслью: «Два дня свободы от этих идиотов»!
Петр вышел следом и догнал своего друга.
— Ты в порядке? — осторожно поинтересовался он. — Тебя не сильно задели их слова? Просто не обращай внимания, и все.
— Тебе легко говорить, — хмыкнул Август. — Меня же задирают. У твоего папы пост в компании. А у меня — электрик. Пусть и хороший, но все же. Даже не пьет и не курит. Это не дает им право так со мной разговаривать...
— Конечно, — поддакнул тот. — Ладно, я пошел. Хороших выходных. Все равно ведь не зайдешь ко мне, дружище.
Август пожал ему руку и отправился домой. По пути он хотел зайти в магазин и купить, но в кармане осталось всего пятьдесят рублей. Ради сухариков или одного шоколадного батончика туда не хотелось идти. Маршрут к себе в квартиру без вкусностей неизбежен.
Щелкнул замок в двери и та со скрипом распахнулась. Пустой дом сильно удручал, но это его обиталище, поэтому он с грустью зашел внутрь.
В холодильнике были только макароны с жареным фаршем и несколько бутылок молока — такова цена за его купленный смартфон. Пришлось разогревать эту незамысловатую пищу в микроволновке и уныло пялиться в окно, взирая на ноябрьскую погоду и серые многоэтажки с опустевшей детской площадкой.
Комната тоже не придавала настроения: вещи на полу лежали несколько недель, а упаковки от орешков и печенья, казалось, стали вечными гостями.
— Нужно, — нехотя признал Август и принялся наводить порядок.
Спустя четверть часа (вечность целая прошла) вокруг было чисто и ухоженно. Все было на своих местах — учебники на полках, ноутбук на протертом тряпкой столе и вещи уложенные в шкаф.
Потом юноша включил музыку и лег на кровать, не переодеваясь. Он думал, что это долго не будет продолжаться и после школы он найдет свое место в жизни. Нужно лучше учиться, иначе его ждет «шарага», в которой «индивидов», подобных Битскому целая прорва. Для них мат — верх эволюции. Но кто-то же должен обслуживать успешных людей. Такие пути открыты, а он постоянно летает в облаках и думает, что все будет легко.