— Чем помочь? — спросил у меня один из них. — Я инженер комплекса. На МиГ-21 раньше работал.
— Приветствую. Да у меня борт порядок. Остаток маленький только был. Напарника подбили слегка, — сказал я, пожимая инженеру руку. — Мне бы к нему попасть, — ткнул я пальцем в сторону торца ВПП, где вокруг борта Валеры собралось несколько машин.
— Там нечего делать. Откатят его всё равно сюда, чтоб я его смотрел и оценивал, — ответил мне инженер.
— Тогда мне нужно на КДП или в штаб. Сообщить своим, что мы сели у вас.
— Ооо, этого нет смысла делать! Вся дивизия уже в курсе, как вы геройствовали в горах. Говорят, над вершинами в сотне метров проходили, правда?
— Не знаю, дружище, — сказал я и стянул с головы шлем. — В темноте особо не видно.
Подшлемник пришлось выжимать от пота, а сама ДСка промокла насквозь. Вот что значит побывать в экстремальной ситуации. После приятных слов от технического состава, что все уже знают о нашем полёте, я даже загордился собой.
Когда снял перчатки, обнаружил, что руки слегка трясутся, и сил держать шлем почти нет. Ноги немного подкашивались, поэтому я просто присел на корточки, повернувшись к своему самолёту.
— Ну-с, хорошо поработали сегодня, — сказал я про себя и полностью опустился на бетон.
Техники бродили мимо меня, подтягивая шланги и осматривая мой МиГ. Я же просто балдел от того, как же здорово сидеть на этом мокром бетоне. Пускай меня, как и любого лётчика манит в небо, но всегда хочется возвращаться на землю. А после боя этого захотелось вдвойне.
За спиной раздался скрип тормозов УАЗика. Я встал с бетонки и посмотрел на приехавшего гостя. Ко мне подошёл одетый в полевую форму капитан, с весьма серьёзным видом и настроем отодрать меня за что-нибудь.
— Доклад! — рявкнул он.
— Виноват, — сказал я, не понимая цели и должности прибывшего военного. — Лейтенант Родин, лётчик двести тридцать шестого полка...
— Доклад о выполнении задачи, лейтенант! — продолжал на меня наезжать капитан.
— Вы кто, товарищ капитан? — переспросил я.
Осмотревшись по сторонам, я увидел реакцию от технического состава на приезд этого деятеля. Все очень быстро решили, заползли под самолёт и изображали бурную деятельность. Наверняка ко мне приехал представитель особого отдела.
— Лейтенант, вопросы задаю я. Доклад о выполнении поставленной задачи, — настойчиво, пытаясь вбить в меня каждое слово, сказал капитан.
— Для начала мне необходимо подтвердить ваши полномочия, товарищ капитан. На каждом углу кричать о моих задачах я не имею права. Вы офицер и должны это понимать.
Он подошёл ко мне вплотную, тряся своими полными щеками, свисающими, словно кожа у собаки породы бассет-хаунд. В свете фонарей стоянки я смог разглядеть его злющие глаза.
— Живо в машину. Ко мне в кабинет поедете. Это приказ.
— Вам представиться сложно, товарищ капитан? Никуда я с вами не поеду, пока мне не скажете, кто вы.
— Капитан Пупов, особый отдел двадцать четвёртой дивизии, которой и подчиняется ваш треклятый полк. В машину, лейтенант, — сквозь зубы проговорил Пупов и пошёл к своему УАЗику.
— Очень приятно. Тогда я Лев Валерьянович Лещенко. Нашли дурака, который на слово поверит, — улыбнулся я. — Разрешите ваши документы, товарищ капитан особого отдела.
Со спины подошёл инженер, который встретил меня после посадки.
— С ним аккуратнее, парень. Он на голову немного ударенный, — шепнул он мне. — Особист это, с дивизии, я тебе говорю.
Отличная характеристика! Мало мне пулемётов духов на войне, так ещё и такие крендели присутствуют рядом со мной.
— Мои полномочия вам подтвердили, товарищ Родин? — спокойно спросил Пупов.
— Так точно.
— Тогда, живо в машину! — буквально крикнул на всю стоянку капитан.
И как с такими нервами и характером держат в особистах?! До этого момента я знал в этой жизни очень приличных людей с этой структуры. Выдержанные, грамотные и умеющие слушать. Этот же больше походит на бригадира в не самом хорошем колхозе, который постоянно в отстающих по сбору урожая.
Пока ехали, никто не произносил ни единого слова. Пупов пыхтел и периодически прокашливался, пытаясь играть у меня на нервах. Чем же я его так заинтересовал, что вытянуть меня нужно было прямо со стоянки.