- Будешь. Максимыч, дадите пацану звеном командовать через год, как старлея получит? - спросил он у Гнётова.
- Как вести себя будет. Но развивается в верном направлении, - ответил ему Григорий Максимович, который дремал на кровати.
О моих сегодняшних подвигах поговорили ещё пару минут. Катапультирование Гавриловича обсуждали сегодня весь день, так что я оказался свежей темой для разговора. Плюс, Гусько находился в приятном шоке от такой идеи.
А вот Марик продолжал выглядеть как синьор Помидор из «Чиполлино» - злой, передёргивается от каждого смешка и так и норовит отобрать у меня какую-то «конуру». Точнее, жаждет переместить на себя внимание, а то стали все забывать парня после его героического, но, отчасти, случайного попадания в здание, где прятались члены отряда «Чёрный аист».
Через пару минут вошёл генерал Модяев. Усталой походкой, снимая с головы кепку с красной звездой, Иван Фёдорович подошёл к карте и начал пристально на ней что-то рассматривать.
- Первый день мы закончили, сынки, - сказал генерал, положив головной убор на стол. - Есть, у кого что сказать?
Руку поднял Томин, который пришёл вместе с генералом, и подскочил со своего места.
- Работаем сидя. Сегодня скачков, взмываний, пикирований и других манёвров хватало, - усадил Гавриловича на место Модяев.
- Товарищ генерал-полковник, в чём была задержка с первым вылетом? Сами понимаете, что потом...
- Понимаю, полковник. Но ты на войне, а не на полигоне. Всё просчитать нельзя, - хриплым голосом сказал Иван Фёдорович. - Причина банальна настолько, что я её даже озвучивать не буду. Все, кто был виноват в случившемся, уже получили от маршала Соколова направление и приказ о переводе в более привлекательные места для службы.
Вот это раз! Значит, где-то косяк был со стороны полка в Ханабаде. Кто же там мог так накосячить, что целый полк новых Су-24х так и не пошёл на задачу.
- Чего молчите, как сычи? - резко сказал Модяев хриплым голосом. Накричался сегодня на штабных ребят, Иван Фёдорович. - Да, развелось много бездарей в ваших округах. Сидят и объясняют мне, что без митинга и плакатов не может полететь полк на боевой вылет. А без проверки обмундирования, лётчику никак нельзя. Или как же так - лётчик не прослушал лекцию и теперь на передовой у нас необразованный офицер. Что за бред?! Ох, Павел Степанович был сегодня зол на этих идиотов.
Под этим именем и отчеством скрывался, как я понял, главный маршал авиации Кутахов. Видимо, на прямой связи с начальством в Москве, наш командующий.
- Ладно, чтоб вас сильно не задерживать, быстро разберём недостатки и пойдём отдыхать, - сказал Модяев и взял указку со стола.
Вкратце, всех усилий авиации было недостаточно. Масуд понёс большие потери, но скрытые резервы духов в ущелье оказались гораздо более обширными.
- Крупнокалиберные пулемёты и грамотно расставленные расчёты ПЗРК не давали нам развернуться, - указывал Иван Фёдорович на выявленные скопления духов на карте. - Как мне докладывал руководитель операции, многие из вас самоуправствовали, меняя схемы захода «на коленке». Совсем оборзели, сынки?
Камень в наш огород. Но ведь порой с борта Ан-26 давали уж слишком трафаретные команды. Как будто сценарий зачитывали к детскому утреннику.
- Иван Фёдорович, действовали по обстановке, - взял слово Гаврюк. - Противник грамотно расположился на склонах, а это значит, что атаковать нужно было ему в лоб. Опасность пулемётов и всего остального, чем можно нас сбить, при данном манёвре минимальная.
- Согласен, - кивнул Модяев, наливая себе стакан воды. - Но строй ломать не надо, а то некоторые чуть друг друга не посшибали в этих ущельях. И где ваши атаки со стороны солнца?
Стоящее замечание. Про это сегодня вообще никто не вспоминал, хотя важный момент. Генерал выпил воды и продолжил разбор.
- Про обозначение целей. В каждой группе предусмотреть наличие у старшего группы реактивных снарядов С-24. В ночных условиях пока не рассматриваем.
Такая установка тоже верная. Ведущий группы заходит, обозначает и потом вся группа высыпает бомбы в это же место с необходимым интервалом. Надёжнее работать так, а не только полагаться на авианаводчика.
- Теперь момент с катапультированием. Если вам сказали на аэродром, значит, развернулись и назад! - повысил голос Модяев и зашёлся в долгом кашле. - Вертушки уже в районе, а пара героев продолжает крутиться над горами. Ещё и пугает этих... да как их зовут?!
- Моджахеды! - хором подсказали собравшиеся.
- Вот-вот, они самые, - кивнул генерал и пошёл за стол. - Я знаю, что вы чувствуете, когда сбивают своего товарища или командира. Уж поверьте, за годы войны не раз и не два прикрывал сбитых лётчиков. Но есть общий план, замысел и последовательность действий. Возможно, этих самых минут и не хватит, чтобы десант смог с успехом высадиться.