- Товарищ подполковник, не понимаю о чём вы.
- Ай, чтоб у тебя дети также отвечали, когда ты их ругать собираешься. Вот, мамой клянусь, был бы ты моим сыном, ремнём бы по твоей волосатой заднице отработал, - и ведь высунул поясной ремень Араратович, чтоб продемонстрировать свои намерения. - Тебе же сказали уходить!
- Тигран Араратович, так я ж вам хочу сказать, что...
- Ты мне без вот этих отмазок - отказ у тебя был, связь пропала, в развороте ты был, налёт набирал, - продолжал махать передо мной ремнём Бажанян. - Там что, опять духи шли?
- Вообще-то, да, товарищ подполковник.
Тут у Бажаняна закончились аргументы. За такое ругать он точно не будет.
- Тогда кнерек! Аргели тебе от меня, - сказал Бажанян, в своих словах употребив «уважение» на армянском. - Пойду за тебя нагоняй получать. Вот ты молодец! И виноват, и красавчик оказался! Был бы женщиной, к себе бы пригласил на коньяк.
Если честно, немного непонятно. И похвалил, и вздёрнул, и пошёл дальше! Кто этих командиров разберёт.
Я рассказал Дубку, что нужно на самолёте более тщательнее проверить. В этом полёте мой МиГ-21 испытал много потрясений. Больше, чем за предыдущие годы эксплуатации.
Тем временем, покой нам только снился. К 15.00 мы сделали ещё по три, а кто-то и четыре вылета. Не успеваешь прийти в прохладный класс, как уже кто-то кричит по громкоговорящей связи с КП. Мол, такой-то и такой-то навылет. Быстро получаешь задачу от штурмана, выдают тебе фотопланшет, наносишь себе на карту цель и бегом на борт.
Ходили на задачу парами и звеном. В районе работы, как по мне, так полная неразбериха. Руководитель операции с борта Ан-26 говорит одно, а ПАНовец даёт целеуказания совершенно другие.
Естественно, веришь авианаводчику. Ему виднее с переднего края. Однако, это не освобождает нас от постоянного недовольства начальства. В эфир только слышно, какие мы чудаки на букву «М».
После крайнего вылета, погода начала портиться. Пыльная буря подошла к аэродрому.
- Похоже, можем расслаблять булки, Серый? - сказал Паша Мендель, догоняя меня на магистральной рулёжке по пути к зданию высотного снаряжения.
- Там ещё много кого надо пришибить, - сказал я и начал ему рассказывать, где ещё видел позиции моджахедов.
- Отработаем. Побереги силы. Кстати, ты слышал, что стартовый домик у нас теперь назвали «Сокол»? - улыбнулся Паша, указав на построенное из бомботары строение на другом конце стоянки.
- Потому что находится, как и аэродром «Сокол» на Сахалине, то есть он очень далеко? - посмеялся я.
- Неа. Завод в Горьком же авиационный.
- Ну, так-то да. Кстати, ты Вещевую не видел сегодня? - спросил я, заходя в здание.
Паша только рассмеялся в ответ. Как будто я ему анекдот рассказал, а не серьёзный вопрос задал.
- Не видел, Серый. А что случилось?
- Да... медосмотр-то надо пройти квартальный. Потом ещё от полётов отстранить может, если не пройду вовремя.
- Интересное у тебя название для свидания. Никто не догадается!
- Не обязательно кричать о наших отношениях с ней, - тихо сказал я, дёрнув Пашу за плечо. - Я, надеюсь, ты меня понял?
- Серый, ты думаешь про тебя и Вещевую никто не знает? Я сам Барсову бутылку «Советского» проиграл, когда ты вчера ночью ходил... в гости.
Да что за букмекерская контора здесь в Баграме такая? Хорошо, хоть на деньги ещё ставки не делают!
- И на что ставил? - поинтересовался я.
- Спорил, что у тебя не получится. Мол, приехала твоя бывшая, и теперь вы разбежитесь.
- Она не моя бывшая. Кто вам такое сказал?
Со спины наш спор был услышан Гнётовым, который шёл в полном снаряжении. Судя по всему, опять навылет.
- Чего разорались? - спросил Григорий Максимович, как обычно, сделав недовольное лицо.
- Личные вопросы обсуждаем, - сказал я.
- Твои Родин отношения с девушками? А чего их обсуждать, всё понятно. Любовный треугольник — парень, бывшая и нынешняя, а выбор за тобой.
- Да не бывшая она мне! - воскликнул я. - Откуда ноги растут у этой клеветы, чтобы я их оторвал?
А теперь и не найдёшь ведь их. Кто-нибудь один или одна ляпнули в столовой, больнице, в штабе или на застолье и понеслось. Жалко, всяких ток-шоу нет. Можно было бы отличный выпуск сделать о моих отношениях с Ольгой и Аней.
В классе, кроме нашей эскадрильи, ещё находились ребята с полка Реброва, бомбёры с Су-17 и пару бойцов, которые занимались расстановкой кроватей.
Динамик прослушки канала управления операцией вещал постоянно. Эта радиостанция позволяет сократить время реагирования на вызов с воздушного пункта управления.
Пока офицеры боевого управления и оперативный дежурный на КП переваривают полученную информацию и утрясают вопрос вылета с вышестоящим КП, мы уже в готовности, зная, кто, куда, на чём летит. Примерный район воздушный пункт управления передаёт сразу, поэтому это сокращает нам время для расчётов. Его много и не требуется, поскольку уже каждый камень и куст в Панджшере нами пристрелен.