- Чего спорили то? – усмехнувшись, спросил Громов.
- Борис Всеволодович, дискутируем. Громко, но по делу, - ответил Бажанян.
- Ну да. Я так и подумал, - сказал Громов и подошёл к карте. - В общем, командованием поставлена задача взять проклятый Луркох. Как видите, этот горный хребет находится на пересечении дорог на Кандагар и Герат.
- Много нападений на колонны? - спросил Афанасьев.
- Неприлично много, ребята. Меня не так гепатит достал, как этот Луркох. Ваша задача уничтожить там всё, что только можно. Авианаводчики будут с вами завтра работать, а генерал Хреков руководить с борта Ан-26. Вопросы?
Никто ничего не спросил.
- Это хорошо. Начальника разведки пришлю завтра. Поделится с вами сведениями. Не ругайтесь тут только, - сказал полковник и тихо вышел из кабинета.
Вот такой он - лаконичный и спокойный будущий генерал Громов.
- Итак, как вы уже слышали от Бориса Всеволодовича, завтра и нашему, и вашему, Арсений Павлович. Хоть вы и отдельная эскадрилья, но в данный момент находитесь в оперативном подчинении командира нашего полка. Он же является старшим авиационным начальником на базе Шинданд, - сказал Бажанян и после этого подполковник решил успокоиться.- Давайте уже по задачам на завтра определимся и пойдём спать, - устало произнёс Буянов, похлопав Афанасьева по плечу.
Командир штурмовиков поднял руки, дав понять, что он не против.
- Итак, горный массив Луркох, - показал на карте Гнётов. - Площадь 256 квадратных километров. Имеются вершины до 3000 метров. Ущелья для маневрирования очень сложны.
- Товарищ капитан, вынужден не согласиться, - снова подал голос Арсений Павлович.
Никак он не угомонится! Везде ему надо сумничать. Теперь он решил поднять тему для дискуссии о манёвренных характеристиках Су-25го. Даже вышел к доске и принялся рисовать уравнение движения и схему сил для этого самолёта во время выполнения виража. Пошли формулы, расчёты и примеры. А всё для того, чтобы назвать несколько цифр.
- Из этой схемы видно, насколько наши штурмовики хорошо могут маневрировать в узком пространстве. А живучесть, сами знаете, у нас хорошая, - развёл Афанасьев руки в стороны и положил мел.
Я обернулся назад и обнаружил большую часть класса спящими. Настолько им было «интересно» слушать своего командира, что решили лётчики-штурмовики начать отдыхать уже здесь.
- Палыч, давай уже кончай мериться половыми органами и пойдём спать. Завтра обговорим налёт, - предложил Буянов и был услышан. Класс опустел, практически, мгновенно.
После долгих водных процедур в ледяной воде, наша палатка собралась на вечернее чаепитие. Гусько своих отваров не предлагал.
- Савельевич, как ты мог нас без кваса оставить? - спросил у него Бажанян, доставая большую коробку с печеньями.
- Да с таким презентом от нашего нового друга можно и без собственных продуктов жить, - улыбнулся замполит, заливая кипяток в заварник в синий горошек.
- Это ты на Хватова намекаешь? Он сегодня меня на совещании просто доконал! - воскликнул Буянов. - Смотри, чего дал нам.
На стол Иван Гаврилович положил большую коробку с печеньями под названием «Альберт», написанном на английском языке.
- Югославское? - поинтересовался Гнетов. - Я пару раз только ел подобное в жизни. Вкус интересный. Воздушный такой.
- Тебе вкус интересный, Максимыч, а я теперь голову ломаю, - возмущался Буянов. - Просто так ничего эти ребята не делают. Может, мстит нам за вчерашний вечер?
- Неа. Говорит, что есть у него к нам дело, но его он хочет с Томиным обсудить. Пускай подкармливает. Нам хорошо, а он не жалуется, - махнул рукой Савельевич.
Про себя я подумал, что дело, возможно, будет не совсем законное. Но насчет Томина он явно ошибся - не тот человек. Тем более, что у него тоже до сих пор перед глазами каша с мухами.
В разгар чаепития появился любимец публики Марк Барсов. Вид у него был не самый весёлый. К тому же, голова была в лепестках цветов.
- Ты где был, цветочник? - спросил у него Буянов.
- Товарищ командир, ночью в кусты хризантем врезался, - уверенно заявил Марик.
- Слушай, балбес великовозрастной, - отдёрнул его комэска. - Ты где тут кусты с такими цветами видел? Кроме верблюжьей колючки и акации ничего нет.
- И то, колючку скоро Савельевич всю переработает на отвары, - улыбнулся Гнётов.
Предупреждал Марика Иван Гаврилович, что шкуру спустит, если тот не перестанет по бабам ходить.
- Ты вот мне скажи, почему ты такой? Чего тебя так и тянет найти приключений на... своё «хозяйство»? - задал уже вопрос Бажанян. - Гаврилыч ведь тебя мерином сделает, если ещё попадёшься.