Странно, что штурман не обратил внимание на наш неполный состав. Наверное, ни у кого не возникнет мысль, что кто-то не придёт на боевой вылет.
Как только поступила команда, первым делом Валера отправил водителя дежурной машины за нашим ловеласом. Интересно будет посмотреть, как Марик будет догонять нас у самолётов.
Снаряжение Марика я предложил взять с собой, чтобы он уже не забегал в домик.
- И тебе не противно таскать за ним снарягу, словно оруженосец? - спросил у меня Паша, когда мы вышли из домика и направились к стоянке.
- Не противно. И причины здесь две, - сказал я, накинув на плечо подвесную систему Марика, а его шлем, взяв подмышку. - Не прибежит этот хрен, и большие проблемы будут у Валеры. А если ещё и мы не выполним задачу, то и у командира.
- Если честно, чужие проблемы меня мало волнуют, - сказал Мендель, подходя к своему самолёту. - И тебя тоже не должны волновать. Занимай своё место в кабине.
Раньше не замечал за Пашей такого отношения к коллегам. Он вообще последнее время меня удивляет со знаком минус. Чувствуется, что у него появляется отвращение ко всему вокруг.
На войне вполне себе такое возможно. Нервные стрессы, физическая усталость организма, а также отсутствие домашней обстановки. Всё же, Павел - человек семейный.
Солнце начало заходить за горизонт, рассеивая последние лучи этого дня. Небо хмурилось, а горные хребты начало затягивать облаками. Я передал снаряжение технику Барсова и залез в свой самолёт в ожидании команды на запуск.
- 101й, Янтарю, - запросил руководитель полётами Валеру на стартовом канале.
- Ответил.101й, группой готовность один заняли, - доложился Гаврюк, вращая головой по сторонам в своей кабине.
Определённо он искал Барсова, который всё никак не появлялся. Может влететь Валере за такое самоуправство.
- Вас понял, группе «воздух»! - дал нам команду руководитель полётами. - После взлёта отход с курсом 180, высота 5000. Сбор группе на догоне.
- Вас понял, - сказал Валера и взял небольшую паузу. - Группе запуск.
Никто отдельно не стал докладывать в эфир, что начали запускаться. У любого руководителя полётами это может вызывать подозрение, когда доложились не все из группы. Запросит сейчас Барсова, а тот и не ответит.
Через минуту уже нужно выруливать, но кабина самолёта Марика по-прежнему пуста. Техник уныло носит рядом со стремянкой снаряжение в ожидании лётчика, а того всё нет и нет.
- 101й готовы выруливать? - начал уже спрашивать руководитель полётами.
Валера молчал. Я смотрел по сторонам, но никаких бегущих людей не было. Похоже, в Союз с огромной записью в служебной карточке после сегодняшнего дня поедут двое. Ими станут кавалер трёх орденов Красного Знамени Валерий Гаврюк, лётчик первого класса и... А, стоп. Выговор отменяется. Кретин Барсов, успел. Бежит без ботинок по бетонке!
Мимо самолёта Паши промчался Марик в одних носках и расстёгнутой куртке. На голове был криво одет подшлемник, а на руках только одна перчатка.
- Янтарь, 101й, у 102го проблемы на запуске, - назвал Валера позывной Марка, когда техник помогал ему запрыгнуть в подвесную систему, а другой в этот момент надевал ему на голову шлем.
- 101й, у 102го повтор запуска будет? – спросил руководитель полётами.
В этот момент Марик рванул к лестнице, чтобы забраться в самолёт.
- Да. Пять минут и вырули… - недоговорил Валера.
«Босоногий» мальчик Марк так спешил, что свалился с лестницы, потеряв шлем. «Головной убор» покатился по бетонке, но Марик решил продолжить своё восхождение.
- Янтарь, шесть минут задержка и выруливаем, - сказал недовольным голосом Гаврюк.
Барсову хватило пяти минут, чтобы выполнить запуск и доложить о готовности. Жаль, что нельзя сматериться в эфир. Валера бы сейчас от души высказался в адрес белобрысого старлея.
Через пару минут мы уже были в воздухе, выстраиваясь звеном. Мой ведущий Паша держался очень близко к Марику, в буквальном смысле, крыло в крыло.
- Не жмись, 103й, - вышел в эфир Гаврюк.
- В ущелье узко. Нужно ближе держаться, - объяснился Паша.
Теперь ещё и пререкается в воздухе Мендель. Что-то с Пашей неладное творится.
- 103й, держи интервал. Достаточно там расстояния. В ущелье пойдём парами, - сказал Валера, когда мы пролетали низину Хулмаралуд.
Солнце продолжало клониться к закату. Если расчёты правильные, то мы выйдем на боевой курс со стороны небесного светила, пока оно ещё не зайдёт за горизонт.
- Торос, 101й, к вам для работы. Прохожу Хулималаруд, - запросил Валера авианаводчика, когда мы пролетели высохшее озеро.
- 101й, понял. Зажаты в ущелье. Ориентир - резкий правый изгиб хребта. Своих обозначим дымом, - ответил нам Торос, но связь была очень плохой. Некоторые слова пропадают, но смысл понять можно.