- Пошёл вон! - крикнул полковник и указал мне на самолёт.
Кажется, теперь заточил на меня зуб тыловик. Эх, а с Гороняном в Баграме лучше было. Тот был более хозяйственным, чем этот полковник.
Хватов являлся старшим оперативной группы управления тылом на направлении Кушка - Герат - Шинданд – Кандагар. Всё «хозяйство» было на нём. Трудился он и, правда, очень много. Вот только в наших желудках это не чувствовалось. И не только в наших.
Постепенно стали возвращаться в строй и наши товарищи. Валера и Паша прибыли посвежевшими, но безрадостными. Пить нельзя, пока не проколят весь курс лекарств. На то, что необходима реабилитация после болезни решили не смотреть.
Врач Коля Немцов начал уже «бить в колокола», что местного питания недостаточно для нормальной лётной работы. Тому было много примеров. Например, очередь в туалет утром нужно было занимать с вечера. Запасы активированного угля и другие таблетки от и для желудка у врача стали подходить к концу, поскольку каждый день на предполётном осмотре у вертолётчиков кто-нибудь требовал спасительное лекарство.
Вечером наш врач пришёл к нам, чтобы обсудить какое-то дело с Гусько. Но сначала Немцов поведал, что сегодня двое бойцов получили травмы при обустройстве бани.
- Это как? - спросил Барсов, зачёсывающий свои светлые волосы назад.
- Что-то взорвалось там. Бойцов, которые приехали с Союза полосу чинить, использовали не по назначению, - сказал Немцов, и я понял, о ком идёт речь.
Доктор рассказал, что у одного оторвало пальцы на руке. А я вспомнил, что это те самые солдаты, которых сегодня взял с собой Хватов. Вот же зараза! Теперь парни поедут домой с травмами, полученными на ровном месте.
- Я так не могу, - жаловался нам Коля, мотая своей рыжей головой в стороны. - Звоню в Кабул, а мне говорят, что всему виной вода. Мол, кормят нормально, а вы, «авиация» просто зажрались!
- Пока поймут беспечность тылового начальства, ещё куча народа сляжет, - задавался столь сложным вопросом Гнётов, помешивая макароны в кастрюле.
Сегодня нам провели свет от генератора, так что теперь он должен быть у нас постоянно. У Николая решил кое-что спросить, раз он приехал на место Ольги.
- Коля, ты с Вещевой не пересекался перед отъездом? - спросил я, отведя его в сторону.
- Неа. Сам же знаешь - я в вертолётном полку был, а она в вашем. Мне разнарядка пришла и через два дня я уже в Баграме был.
- Ладно, тогда все вопросы отпадают, - махнул я рукой и собрался пойти обратно к толпе, но Немцов меня остановил.
- Ты погоди. Я краем уха слышал, что она как-то резко уехала, и никто не знает почему. Срок командировки ведь у нас минимум год, а то и два. Это лётный состав обязательно через год на замену, - сказал Коля, прикуривая сигарету. - Завтра борт будет от нас в Осмон. Полоса ведь уже готова. Передай письмецо.
- С чего ты решил, что мне вот так надо ей письмо писать? - улыбнулся я.
- Блин, Родин, ну ты даёшь! Полмедсанбата на ваши отношения ставки делали. До сих пор нет-нет, да и проскакивает эта тема.
Не армия, а рассадник букмекеров!
- Спасибо за подсказку. Завтра перехвачу экипаж.
Пока мы ужинали, Савельевич обсуждал с Немцовым возможность производства «антигрустина».
- Коля, обстановка сложная. Выдача спирта на стоянке пристально контролируется, - объяснял Гусько Немцову, наливая свой «лечебный» отвар в кружку.
Ну, теперь понятно, почему был сегодня приглашён Коля на ужин. Хотя, никто против не был его присутствия. Он же, не с пустыми руками пришёл. Небольшую ёмкость на будущее принёс. Оставалась у него привезённая с Союза пара бутылок «Столичной».
- Так, а я тут при чём, Евгений Савельевич? - удивился Немцов.
- Тогда слушай внимательно, - похлопал его по плечу Гусько.
Савельевичу нужно место, где можно начать производство самогона. В палатке ему это категорически запретили общим собранием. На аэродроме мест тоже не особо много, где спрятать можно. Вот и придумал Гусько привлечь к этому нашего рыжего доктора, поместив к нему в подсобное помещение своё оборудование.
- Расходы на приготовление продукта беру на себя, - сказал Савельевич, и тут уже Немцов призадумался.
Как я понял, эти два профессиональных сомелье нашли друг друга. Предварительное соглашение было ими скреплено крепким рукопожатием. Тут же Гусько представил нам новую продукцию своего «бренда» - квас собственного приготовления.
- И как это у него получается! - удивился Гнётов, когда Савельевич вытащил откуда-то армейский термос на 36 литров.
- Это вам уже не колючка! - с гордостью заявил Гусько. - Настоящий, охлаждённый и полностью натуральный. Всем рекомендую пить, пока бесплатно.
Оказывается, Савельевич предлагал наладить выпуск этого прохладительного напитка в столовой. Конечно же, был послан. Однако, наш замполит применил всё своё умение договариваться и... пару литров хорошего авиационного спирта. Благодаря этому и получил нужные ингредиенты.