– Открыть наручники… – попробовала предположить Лиза.
– Нечем, – охладила ее пыл Рейчел. – Они нам даже заколок не оставили.
– Говорят, наручники можно разорвать… – не слишком уверенно предположила Анфиса.
– Это вряд ли! – вздохнула Лиза. – На это даже у меня сил не хватит, а ведь я среди нас самая сильная.
– Это да! – согласилась Анфиса, и в подсобке баталера наступила тишина.
Молчали долго, хотя кто его знает? В темноте время идет совсем не так, как на свету.
– Откуда они взялись, как думаешь? – нарушила, наконец, угрюмое молчание Анфиса.
– Ты кого спрашиваешь? – откликнулась Рейчел, которая словно того и ждала, чтобы кто-нибудь заговорил первым. – Меня или Лизу?
– Да хоть кого-нибудь, лишь бы знала ответ!
– Рассудим логически, – предложила тогда Рейчел. – Нас атаковал шлюп, и шлюп этот, похоже, «Конкордия», о котором нам рассказывали и Нольфы, и ван Россом. И еще, шлюп, простите за пошлость, был сверху, но абордажные-то команды пришли снизу. Вывод напрашивается сам собой – нас подставил Нольф. Это его шлюп, его база… Кажется, ясно!
– Но тогда, получается, – возразила навигатор, – что капитан ван Россом и семейка Нольф играют на одну руку, а мы думали…
О да! Они много о чем думали. И ван Россом скормил им весьма симпатичную историю своего предательства. Вот только с чего бы тогда британцам – если это были происки лорда Диспенсера – нападать на «Звезду Севера»? У них же, если верить капитану, на борту брига был полноценный агент, о провале которого они знать никак не могли? Ван Россом сам вызвался связаться с людьми лорда и успокоить их по поводу перерыва связи. Но с кем именно он «говорил» в тот раз? По морзянке адресата не вычислишь. В результате, после ночного боя капитану задали много неприятных вопросов, и нельзя сказать, чтобы его ответы кого-нибудь удовлетворили. Однако ван Россом стоял на своем, и Райт предположил, что не все англичане работают на Диспенсера. В конце концов, королевство Яруба являлось теперь протекторатом Великобритании…
– Мы много о чем думали, – сказала Лиза вслух. Настроение у нее было поганое, и немудрено. Хотелось рвать и метать, но она прекрасно понимала, что это бессильный гнев. Запертая в «кутузке» да ещё и скованная по рукам и ногам, она была попросту беспомощной. Даже умереть в бою и то не могла.
– Вообще-то возможны варианты, – сказала она через пару минут, потребовавшихся, чтобы пережить приступ черной ярости. – Возможно, Нольфы не знают, что на шлюпе сменилось командование. Мари сказала, что на «Конкордии» идет доктор Пьерар со слугами и студентами профессора Нольфа. Это может быть правдой. Вернее, могло быть правдой, или все еще оставалось «правдой» в ее глазах, если, разумеется, сучка не знала про валлонских стрелков с самого начала. Возможно, фламандский Генштаб обставил не только нас, но и профессора.
– То есть, – подытожила Анфиса, – если не множить сущности, вариантов – всего два. Этически приемлемый и тот, что «ни в какие ворота».
– Начинай с самого плохого, – предложила Рейчел.
– Да, Лиза все уже сказала! Мне нечего добавить.
– Да не тяни резину! Говори! – бешенство буквально сжигало Лизу изнутри.
Настроения участвовать в диспуте как не было, так и не прибавилось. Но не сидеть же в темноте, да еще и молча, предаваясь горестным размышлениям на тему «ну почему я такая дура»? А за разговором время проходит быстрее, и вообще.
«И вообще…»
– Давай уже! – добавила Лиза и в изнеможении откинулась спиной на холодную переборку. Усталость и боль упали на неё сразу вдруг, словно ослабла, наконец, не выдержав постоянного напряжения державшая её «в тонусе» стальная пружина. Но так на самом деле и обстояли дела. И «пружина» имелась, куда ж без неё? Кураж и воля, эти двое могли творить чудеса. Но, увы, не на постоянной основе.
– Ну, ладно, – начала между тем «суммировать» Фиса. – Худший случай – это если они играют «на лапу». Нам продали вариант, где честные, но осторожные Нольфы загодя подстраховались, выслав на точку рандеву квартирьеров и пустив вдогон за бригом пару бортов со своими людьми, слугами и студентами. В этом варианте, они о предательстве ван Россома вроде бы и не знают. Но что если знают и знали с самого начала, что на тех кораблях летят валлонские стрелки? Мы в этом случае всего лишь разменный материал, ну или мавр, который сделает дело и уйдёт.