— Получится, — уверенно ответила она. — Такие, как ты, не теряются.
Она помолчала.
— Нужно просто решиться.
Мысль о возвращении домой вдруг стала казаться… слишком простой, предсказуемой, скучной. Там всё уже было понятно: Вероника, скорее всего, выйдет замуж, а она? Что будет с ней? А здесь — перспектива, и это притягивало.
— Поехали со мной, — сказала Лейла на следующий день. — Ненадолго, посмотришь, как всё устроено. Если не понравится — уедешь.
Аглая не ответила сразу. Она смотрела на море, на людей вокруг, на солнце, которое медленно опускалось к горизонту. Потом кивнула:
— Хорошо.
Они договорились. Лейла всё взяла на себя — сказала, куда ехать, как лучше добраться, что взять с собой. Это было удобно: не нужно было думать о деталях, только собрать вещи.
Веронике Аглая сказала вскользь:
— Я, наверное, задержусь на пару дней. Хочу съездить в одно место.
— Куда? — удивилась та.
— Да так… знакомая пригласила посмотреть...
Вероника пожала плечами.
— Будь осторожна.
Аглая усмехнулась.
— Я не маленькая. Родителям пока не говори, я сама потом позвоню.
Вечером она собрала рюкзак: немного одежды, телефон, документы, кое-какие мелочи.
И тут прилетело сообщение от Лейлы:
«Завтра в 7 заеду».
Аглая ответила:
«Я буду готова».
Ночь была тёплой, спокойной, и в этой тишине мысль о том, что она делает что-то важное, правильное, не отпускала. Словно впереди действительно ждало что-то большее, лучшее. Ни на секунду она не подумала, что дорога, на которую она так легко согласилась, может оказаться не той, с которой возвращаются.
День выдался солнечный, и мысль о прогулке по морю казалась почти идеальной.
— Поехали, будет весело, — уговаривала Машу Ирина. — Закат, музыка… просто отдохнём.
Она согласилась. Яхта была белая, с двумя уровнями, с открытой палубой и мягкими сиденьями. Музыка уже играла, кто-то разливал напитки, кто-то снимал сторис. Компания собралась разная: некоторые знали друг друга давно, кто-то познакомился прямо здесь. Разговоры текли легко, непринуждённо. Яхта отошла от берега, город постепенно растворился в дымке, остались только вода, ветер и этот странный, почти волшебный покой. Потом стало громче: смех, музыка, алкоголь. Одни танцевали, другие сидели на борту, свесив ноги, кто-то просто смотрел на горизонт. Маша сначала просто наблюдала. Она здесь почти никого не знала, только Ирину, с которой недавно познакомилась на пляже. Потом Маша всё-таки расслабилась и подошла ближе к остальным. Солнце медленно опускалось, небо стало мягким, тёплым, почти нереальным.
— Давайте фото! — крикнул кто-то.
— Все сюда! На фоне заката.
Они начали собираться на корме. Самые смелые становились ближе к краю, чтобы в кадр попало море и закат.
— Маша, сюда! Чуть правее!
Она подошла, встала у борта, повернулась к камере, улыбнулась. Потом фотографировавшего её парня позвала девушка, и он отвлёкся. В это мгновение она почувствовала, как кто-то задел её плечом. Рука соскользнула, поручень оказался чуть дальше, чем она ожидала, нога не нашла опоры, паника сковала тело. Падая, она вдруг чётко вспомнила Авигею, а в следующее мгновение холодная вода сомкнулась над её головой. Слабый вскрик растворился в шуме двигателя и музыки. Никто не обернулся. Парень, по вине которого она оказалась за бортом, был слишком пьян, чтобы вообще что-то понять.
— Ещё одну! — сказал кто-то.
Смех, щелчки камеры. Яхта шла на моторе — медленно, уверенно, оставляя за собой ровный след на воде. Только через несколько минут кто-то нахмурился:
— Подождите… а где Маша?
— Здесь была…
— Ты её видел?
Сначала это звучало спокойно, без тревоги. Они начали оглядываться.
— Маша!
Ответа не было. Музыку выключили.
— Может, внутри?
Проверили каюту — пусто. Тишина накрыла резко.
— Подождите…
Кто-то подошёл к борту, посмотрел назад. Туда, где уже ничего нельзя было различить. Только вода и её бесконечная тёмная гладь.
— Она… не могла…
— Стоп. Стоп!
— Разворачивай!
Кто-то уже кричал капитану, голос срывался. Яхта начала поворачивать — медленно, грузно.
— МАША!
Теперь кричали все, вглядываясь в воду. Пытались увидеть хоть что-то, но каждый видел лишь волны, отражение неба и больше ничего.
— Давно её нет? — спросил кто-то, и этот вопрос прозвучал страшнее всего.
Никто не знал. Минуты растянулись, память путалась. Один из парней прыгнул в воду, за ним второй. Они ныряли, всплывали, снова ныряли. Без ориентиров, просто наугад.