В одном из писем Линкольн выразил суть стратегии предстоящей предвыборной борьбы: «Моё имя ново для мира большой политики, и, очевидно, поначалу его мало кто поддержит. Вот почему наша задача в том, чтобы избежать нападок на других и этим оставить им возможность перейти на нашу сторону в том случае, если они будут вынуждены отказаться от своей „первой любви“. Это оправданно во всех случаях, в том числе тогда, когда нам придётся поддерживать выбранного кандидата»{342}. Таким образом, стратегия была выработана: ни с кем не ссориться, стать для большинства делегаций «выбором номер два», чтобы по мере отпадения самых безнадёжных претендентов тур за туром подбирать их голоса.
Общим ходом негласных переговоров руководил судья Дэвис. Он отрядил посланцев к делегациям других штатов. К вермонтцам направился их земляк, делегацию штата Мэн посетил уроженец этого «кедрового штата». По той же схеме обрабатывались другие представители Новой Англии. Конечно, не дремала и делегация Нью-Йорка. За день до открытия съезда ловкий Тёрлоу Уид прислал предложения иллинойсской делегации: если они согласятся выставить Линкольна в качестве вице-президента при Сьюарде, то за это получат 100 тысяч долларов на проведение избирательной кампании в своём штате и соседней Индиане. Однако ловкий судья Дэвис узнал, что похожие предложения получили и другие делегации. Это добавило энергии негласному движению «Остановить Сьюарда»{343} и увеличило шансы: с теми, кто не хотел голосовать за Линкольна, можно было договориться хотя бы о том, чтобы не поддерживать Сьюарда.
Линкольну ушла телеграмма: «Дела идут, имейте только крепкие нервы и не удивляйтесь никаким результатам. Поверьте, Ваши шансы не хуже других. Мы работаем с делегациями аккуратно, без суеты, обсуждаем детали. Не ожидайте слишком многого, но доверьтесь нашему благоразумию. И снова повторю: держите себя в руках при любом результате».
Результаты были: практически удалось убедить делегатов от Индианы на первом же голосовании отдать за Линкольна свои 26 голосов. Во втором туре можно было рассчитывать на значительное число голосов от Пенсильвании при условии, что у представителя Иллинойса будут шансы на продолжение гонки. Ещё одним важным приёмом была раздача обещаний. И хотя Линкольн прислал из Спрингфилда записку: «Я не одобряю никаких посулов и не буду связан ими в будущем», Дэвис прокомментировал её: «Линкольн далеко, он не знает, с чем тут приходится сталкиваться. Будем двигаться дальше, как будто ничего не слышали, и он потом с нами согласится»{344}. Кто-то предположил, что записка претендента сделана «на всякий случай», «для протокола» — иначе она слишком сковывала действия его «штаба». И делегатам от Индианы было предложено место в будущем республиканском правительстве.
В день открытия съезда в «Вигваме» ещё пахло свежеструганой сосной. Тысячи делегатов и гостей набились внутрь, не оставив свободным «ни одного квадратного фута» (делегаты и партийные лидеры сидели в центре, на большой платформе; зрители с билетами — на галереях, зрители без билетов стояли на галёрке у дальней стены гигантского помещения). Вдвое больше народа осталось снаружи. «Сьюардитам» не терпелось начать с голосования, но общим решением первым делом съезд занялся выработкой единой партийной платформы. Днём выборов кандидата стала пятница, 18 мая.
В ночь накануне напряжение достигло предела. Никто не спал. Представители делегаций сновали от штаб-квартиры к штаб-квартире. Решительная борьба шла за голоса пенсильванцев. Тёрлоу Уид сулил им большие деньги «на проведение политической кампании» в случае их голосования за Сьюарда. Ни ему, ни судье Дэвису не удалось уговорить пенсильванцев отдать во втором туре голоса за своего кандидата (первый был отдан «обязательному» Кэмерону), но Дэвис добился поддержки в третьем туре после ещё одного голосования-«комплимента» за престарелого Маклина (если, конечно, Линкольн не сойдёт с дистанции, а Кэмерон получит в его будущем правительстве министерский пост). На ещё одном полуночном совещании Иллинойс заручился поддержкой делегатов от Нью-Джерси.
Особым направлением работы стала «борьба за массы». Учитывая, что на исход голосования может повлиять выражение симпатий и антипатий зрительской толпы, Ламон и Джесси Фелл воспользовались связями с организаторами (пригодился выбор Чикаго в качестве места съезда!) и напечатали дополнительный тираж входных билетов. Сторонники Линкольна получили их вместе с распоряжением занять места в «Вигваме» как можно раньше: тогда значительная часть клакеров Сьюарда просто не попадёт внутрь. В группу поддержки включили горлопанов; говорили, что один житель Чикаго кричал так, что его было слышно на дальнем берегу озера Мичиган. «Дирижёром» был назначен Фелл: все должны были действовать по взмаху его носового платка.