Сулейман мечтал о своей любимой девушке. Он встречался с ней на некоторых лекциях в университете, но поговорить толком не успел. Друзья подшучивали: “А почему у тебя нет пары? Никак ты девственник?” Сулейман в ответ лишь краснел, что еще больше подзадоривало приятелей. Он проклинал свою застенчивость, каждый вечер обещал себе завтра же познакомиться с красоткой, зная, что так и не решится подойти к ней первым. Любовные страдания терзали студента-первокурсника чуть больше месяца, пока так вовремя не пришла в голову идея использовать путешествие к “Титанику”. План был прост: он с отцом спускается на дно океана, устанавливает рекорд по сборке кубика Рубика на глубине, а затем на волне славы подкатывает к избраннице. Она смотрит восхищенными глазами и тотчас влюбляется в него. Теперь же девушка грезилась синеокой пери, той, кто оградит его от любого несчастья. Сулейман и думать не хотел о смерти. Нет, нужно обязательно выбраться отсюда и доказать мужественность. Да, он ведь настоящий мужчина, а не робкий юнец.
Бо-х-х. Бо-х-х. Бо-х-х. Поль сменил Бориса, стучал он остервенело, будто хотел снести титановую оболочку. Борис напевал детскую песенку про белого бычка.
— Отличная работа, старина Поль. — Стоктон старался выглядеть бодрячком.
— Восемь часов давно прошли, Сток. Мы не всплыли, твоя колымага годится только для мусорки, — прервал пение Борис.
— Нас обязательно найдут и вытащат отсюда, — после долгого молчания отозвался Стоктон.
— Я не вчера родился, Сток, в сказки не верю. Кислорода здесь максимум на четыре дня, они просто не успеют. Скорее корпус лопнет. Слышишь, как он ноет? Слышишь? — всхлипнул Борис.
— Больше всех здесь ноешь ты, — ответил Стоктон.
— Он прав, Стоктон, просто признай, как на самом деле ты облажался, — проговорил Поль.
Секунды по-прежнему шли за секундами, минуты за минутами, а часы за часами, но на них уже не обращали внимание. Время потеряло всякий смысл. Вода за бортом неумолимо пыталась сжать пространство в точку. Никто более не стучал. Вдох. Выдох. Еще вдох. И снова выдох. Без мыслей, без лишних надежд люди дышали, и только дыхание напоминало им о жизни. В беспросветной тьме они казались себе бесплотными привидениями, заблудшими в ад.
Нарушая молчание, тихо заплакал Борис:
— Нет, я не могу умереть. Ты не украдешь меня — это невозможно.
Стоктон истерично крикнул:
— Замолкни! Замолкни!
Шахзада стукнул кулаком по металлу:
— Заткнись ты!
Борис выпалил на русском:
— Он уже близко. Он рядом!
Сулейман удивился:
— Что он говорит?
Стоктон включил фонарик. Борис подползал к нему. Стоктон проворно достал из штанов дамский пистолет. Маленькая перламутровая рукоятка, украшенная серебряными завитками, выглядела по-детски забавно.
— Сиди на месте, Борис, иначе я тебя успокою. — Стоктон навел оружие.
— Что за дерьмо, Сток? Убери ствол, — напрягся Шахзада.
— Сток, ты делаешь ошибку! — воскликнул Поль.
— Желаете полюбоваться моей смертью, долбаные ротозеи? А может, я буду последним любоваться вашей агонией? Как вам такое? — Стоктон захихикал.
— Изыди! — крикнул Борис и кинулся к Стоктону.
Выстрел. Заложило уши. Борис неловко завалился на бок и затих.
— А теперь, Поль, собери все смартфоны и передай их мне, только без глупостей! — проорал Стоктон, сжимая пистолет дрожащей рукой.
— Зачем тебе эти смартфоны?
— Выполняй! — Стоктон распалялся все больше.
Поль с видимой неохотой повиновался приказу. Он собрал смартфоны, прижал их к себе одной рукой и направился к Стоктону.
— Отлично, дружище Поль, а теперь медленно положи их перед мной и отползи подальше.
Поль приблизился к нему, но вдруг покачнулся, схватился за сердце и со стоном повалился на Стоктона. Тот замешкался, секундного промедления хватило Сулейману, чтобы накинуться на Стоктона. За сыном последовал Шахзада. Поль тоже “ожил”, его хитрость почти удалась. Прогремел очередной выстрел. Не обратив внимания на оглушительный звук, Поль укусил Стоктона за большой палец. Пистолет выпал.
Убивали двое: Поль руками и зубами удерживал жертву, Шахзада душил. Стоктон отчаянно дергался, а руки на его горле давили с возрастающей яростью. Первым опомнился Поль, он включил фонарик, огляделся и крикнул: