Она быстро замедлилась, выдохнула и, прижав ладонь к груди, подняла взгляд. Артур заметил, как она встретилась с ним глазами, и на её лице появилось выражение какого-то решения. Она направилась прямо к нему.
— Артур, — проговорила она, приближаясь, всё ещё переводя дыхание.
— Астрея, — ответил он, выжидающе приподняв брови.
— Ты не мог бы... как-то усмирить этого безумца? — она указала в сторону, где скрылся Тмин. — Я не уверена, что сегодня не будет пожара.
— Смотря о каком пожаре идёт речь, — тепло улыбаясь ей, заметил Артур. — Вряд ли он позволит себе сжечь Академию.
— Ты слишком оптимистичен, — Астрея закатила глаза и вновь приложила ладонь к груди. — На репетиции он едва не поджёг декорации, пока Вейлант его не выгнала. Теперь носится, как оглашенный.
— Возможно, ему просто скучно?
— Скучно ему, — фыркнула Астрея. — А вот мне не особо.
Артур покачал головой. Он уже не раз замечал, что Астрея относится к Тмину со смесью раздражения и заботы, даже если никогда в этом не признается.
— Ладно, я попробую его найти, — вздохнул он. — Если он действительно будет угрожать безопасности праздника, я вмешаюсь.
— Спасибо, Артур, – женщина благодарно кивнула. – А то боюсь, что если он снова сбежит от меня, я просто запру его в энергетической клетке.
Артур сомневался, что она могла бы так поступить. Он снова оглянулся, мельком посмотрел в сторону Гирста и Грамена, но те всё так же были погружены в разговор. Взгляд его метнулся дальше — и наконец, он заметил среди толпы знакомую фигуру.
Элия Морвейн направлялась прямо к нему, и выглядела она так, словно только вернулась с поля. Простая, чуть расстёгнутая у ворота, рубашка, широкие, зауженные к низу, хлопчатые штаны и приталенный синий жилет. И как обычно – никаких украшений и аксессуаров. И она действительно, вернулась из сада – потому что притащила на праздник целую сумку лумиранских груш. Артур вообще не подозревал, что такие растут у них тут, при Академии.
Марк X
Марк Грамен чувствовал себя загнанным, как почтовая лошадь. Конечно, он понимал важность работы, ему подвернулась удача помочь знаменитому доктору, да и его умение с зельями оказалось крайне полезным. Но, честное слово, Гирст был просто неутомим. Уже несколько дней они работали над лекарством, и дело, наконец, подошло к финальной стадии. Они учли все особенности воздействия на студентов, возможные побочные эффекты, даже стабилизировали состав. Но доктору было всё мало. Он продолжал рассуждать о дополнительных исследованиях, новых пробах, усовершенствованиях…
Марк слушал его, кивая в нужных местах, но мысленно уже был где-то на празднике. Он слышал смех студентов, чувствовал запах сидра, замечал мелькающие в толпе знакомые фигуры. Он не был против работы, но, чёрт побери, сегодня был праздник! Хотелось хотя бы немного отвлечься, после того, как ослабили карантинные меры.
Гирст что-то оживлённо объяснял, водя пальцем по странице в своём блокноте. Марк уже собирался изобразить внезапную необходимость отойти, как вдруг заметил Вивьен Ластриэль, совсем близко от их скамьи.
Она ловко лавировала между столами, её лёгкое платье колыхалось при каждом шаге, серебристые волосы были собраны в изящную причёску, а на лице играла слегка задумчивая улыбка. Когда она поймала взгляд Марка, он, не осознавая, подал ей безмолвный сигнал бедствия. Ластриэль мгновенно всё поняла. Она приостановилась, затем грациозно повернулась и направилась прямо к ним.
— Господин Гирст, — её голос был лёгким, мелодичным. — Простите, что отвлекаю, но Господин Кроуэлл просит о помощи.
— О помощи? – доктор нахмурился, но, кажется, заинтересовался.
— Да, с реквизитом у сцены, — она мило улыбнулась, а в необычных глазах сверкнули отсветы солнца. — Вы ведь не откажете?
Гирст ещё секунду изучал её лицо, а затем, к удивлению Марка, отложил записи. И как ей это удалось? Видимо, Доктор Гирст испытывал слабость к очаровательным представительницам прекрасного пола. Но, естественно, не ко всем, а только к тем, кто выглядит как «дама в беде».
— Конечно, — коротко ответил он и поднялся.
Ластриэль жестом указала ему направление, и он, не сказав Марку больше ни слова, уверенно направился туда. Марк едва сдержал облегчённый выдох.
— Я у Вас в долгу, — сказал он, поворачиваясь к Вивьен.