— Осторожная работа, — пробормотала она, обдумывая что-то.
Артур знал этот её тон. Она уже что-то поняла, но пока не собиралась озвучивать догадки. Спустя пару минут завуч выпрямилась, быстрым движением сложила инструмент во внутренний карман пиджака и развернулась к двери.
— Всё, что мне нужно, я увидела, — коротко заявила она.
Она шагнула в коридор, заперла дверь особым знаком, и тот вспыхнул на мгновение, прежде чем исчезнуть, защищая комнату от посторонних.
— Раффи, Хессер, — её голос прозвучал резко, но без грубости. — Вы проведёте эту ночь в общей гостиной. Ваша комната остаётся закрытой на некоторый срок, до дальнейших распоряжений.
Микта хотел возразить, но Доротея коротко толкнула его локтем, и тот бросил на неё вопросительный взгляд, не вымолвив ни слова.
Завуч не стала медлить. Она вынула инструмент снова, и на его кончике вспыхнула серебристая нить энергии. Её пальцы ловко соткали из неё фигуру — утку, точную, гладкую, с отчётливо очерченными крыльями. Мглин видел подобные конструкции раньше — личные посланники, быстрые и надёжные. Мунремур мягко выдохнула, коснулась посланника пальцами, и серебристая утка вспорхнула в воздух, бесшумно ускользая прочь.
— Она отправлена к Господину О’Канису, — объяснила она, даже не оборачиваясь. — Мне нужен он. Немедленно.
— Вы заметили что-то опасное? – отважилась спросить Элия.
— Некоторые ловушки я не могу отключить, — Мунремур медленно повернула голову, её глаза блеснули. — Они не просто энергетические. Здесь есть работа с психикой. – призналась она.
Калидианы переглянулись, Веда Синдри задумчиво рассматривала запертую дверь, словно могла увидеть то, что за ней сейчас происходит. Остальные студенты боялись даже и рта раскрыть. Завуч повернулась к присутствующим и холодно окинула их взглядом.
— Мглин, Морвейн, останьтесь. Студенты – по своим комнатам. Ни шагу за порог.
Никто не посмел ослушаться.
Медб IV
Медб вошла в преподавательскую рано утром и застала там большинство коллег. Это было странно, обычно после праздников – никто не является сюда ранее первого урока. Только перед первым занятием – заскакивали и убегали с журналом. Учитывая даже тот факт, что сейчас, во время карантина, никаких занятий не проводилось.
Она обвела круглый стол взглядом и задержалась на Фредрике Холте, который еле сидел на стуле, подперев голову рукой и маленькими глотками цедил воду из своего стакана. Выглядел он совсем не важно, после вчерашней-то попойки, когда Оскару пришлось его буквально унести в его комнату. Что ж, ей придется с ним побеседовать после собрания.
– Прошу внимания! – объявила она с привычной высокой нотой в голосе, хотя в учительской было очень тихо. –Я бы хотела сейчас обсудить вчерашнее ночное происшествие.
Морвейн и Мглин мгновенно подняли глаза и приготовились слушать внимательно. Все остальные – последовали их примеру, но чаще переглядываясь и обмениваясь короткими фразами. Даже Холт поднял голову, обратив на завуча бледное, заплывшее лицо и налитые кровью глаза.
– Вчера, после праздника, в одной из комнат первого курса, была обнаружена, мастерски оформленная, иллюзия, – начала она, на растрачивая времени на предисловие. – Помимо иллюзии, мной лично были обнаружены островки психологических ловушек. И с помощью Господина О’Каниса, мы смогли снять иллюзию и обезвредить ловушки, которые могли серьёзно навредить психике любого, кто их бы привёл в действие. – она бросила острый взгляд на Холта, но тот виновато опустил голову, осознавая свою беспомощность в тот момент.
– Кому понадобилось расставлять в комнате студентов ловушки? – проговорила Астрея Хло, взволнованно хватаясь за сердце. – Ещё и у первокурсников! Кому они мешали?
– Это мы и пытались вчера выяснить, – ответила Медб. – Но так и не поняли – кому это было нужно и зачем. Известно только, что человек, который их накладывал – очень сильный, скорее всего – из природного рода архиев. Я сама едва справилась с наслоениями и переплетениями иллюзий.
– А директор уже знает об этом? – спросила Ирис Кальдер, обращая на завуча чёрные проницательные глаза.
– Да, я уже оповестила его, – ответила Медб. – Он тоже пока без понятия – чьих это рук дело.
Морвейн громко хмыкнула и отвернулась, переглянувшись с Мглином. Тот привычно нахмурил брови и пожал плечами. Вивьен Ластриэль, кажется и вовсе не слушала о чём шла речь, сосредоточено расписывая что-то на листе бумаги, попеременно поглядывая в сторону Марка Грамена и улыбаясь, когда удавалось поймать его взгляд. А Серж Дарво сегодня был на удивление тихим и даже задумчивым, словно его подменили. Лишь изредка он поднимал взгляд от своих рук и окидывал комнату, стараясь ни на ком особо не задерживать внимание.